Два дня

– Примерно в миле отсюда, по дороге на Норт-Спрингфилд, есть вышка сотовой связи.

– Маяк, – подала голос девочка.

– Что за маяк, мисс?

– А он достаточно высок? – засомневался мужчина.

– Мисс, – снова обратился к девчушке Демарко. – Что за маяк?

– Расскажи ему, – толкнула та своего приятеля.

– Что рассказать-то?

– Просто скажите мне, где он находится.

– Не думаю, что он достаточно высок, – снова встрял в разговор мужчина. – А кроме того, он весь огорожен. Не думаю, что вы сможете подойти к нему.

Демарко подошел к подросткам. И посмотрел прямо в глаза мальчишке.

– Это очень важно, – сказал он.

– Маяк достаточно высок, – ответил мальчик. – И вы сможете подойти к нему. Только не на машине, потому что дорога там перекрыта. И вам придется перелезть через ограждение из проволочной сетки.

– Объясни мне, как туда добраться.

– Езжайте по шоссе 531 на восток, до поворота на юг. Там увидите проселочную дорогу, уходящую влево, в сторону Перри-Пойнта. Но вы сможете проехать по ней ярдов двадцать, а потом упретесь в три металлических шлагбаума. Они перегораживают дорогу. А старый маяк находится ярдах в ста дальше по этой дороге.

За проволочным ограждением высотой в восемь футов.

– И вы уверены, что оттуда видно огни?"

"Мальчик помолчал, а потом выдал:

– А я еще вот что слыхал. Там нет знаков «Посторонним вход запрещен». Так что…

Демарко перевел взгляд на девочку. Та улыбнулась и подтвердила:

– Мы уверены.

Глава 49

Демарко зашел за заградительные шлагбаумы, продвинулся футов на тридцать вперед, и тут фары его машины погасли. Вздрогнув от внезапной темноты, сержант остановился прямо посередине дороги. Низкие деревца, сумах и стены из плотно перевитых лиан дикого винограда по обоим бокам дороги слились с почерневшим небом.

Демарко почувствовал себя закрытым в длинном узком шкафу; и от однородной черноты, обступившей его со всех сторон, у сержанта даже закружилась голова. Пошатнувшись, он сделал шаг влево и тут же замер, широко расставив ноги. Демарко понимал, что ему только кажется, будто он падает – обе ноги твердо стояли на земле; а сама земля оставалась плоской и никуда не кренилась. Он слышал, как работает на холостом ходу двигатель его машины, выпуская свое тепло, как нагретое масло стекает в поддон картера, а нагретый металл охлаждается и сжимается.

И испытывал жуткое нетерпение, хотя и сознавал, что поспешность не закончится добром ни для него, ни для Хьюстона, и, кинувшись сломя голову в кусты, он может только навредить и себе, и горемычному беглецу. Дорога где была, там и бежала. Она не канула в небытие с погасшими фарами. Его глаза скоро привыкнут к темноте. «Иди не спеша, шаг за шагом», – велел себе сержант.

Он взял с собой фонарик, но решил пока не включать его.