Двое

— Разрушать утреннюю идиллию не хочется, поэтому я произношу эти слова шепотом и попутно разглядываю его спину. Она сплошь покрыта мышцами, под шеей вытатуирована надпись на латинском, которую я, как не пытаюсь, не могу расшифровать. Если можно было бы незаметно сфотографировать — я бы это сделала, а потом поискала перевод в интернете.

— Доброе, — хрипло произносит Булат. Не оборачиваясь, встает и идет к двери ванной. Он абсолютно голый, и я не могу перестать его разглядывать. Оксана говорила, что всегда смотрит парням на пятую точку. От задницы Булата она бы с ума сошла.

— Ты в душ? Сделать тебе кофе?

— Да, сделай, — летит в закрывающуюся дверь.

Сейчас его необщительность и отстраненность меня совсем не обижают. Мне кажется, этой ночью между нами что-то изменилось. Я не могу дать этому названия, но так я чувствую. Булат словно подпустил меня ближе. И пусть мне не с чем сравнить, я уверена, что этой ночью у нас с ним был потрясающий секс. Не только для меня, но и для него.

Я заправляю кровать и перемещаюсь в дальнюю душевую, где умываюсь и чищу зубы. Причесавшись, смотрю на себя в зеркало. Выгляжу… хорошо. Глаза ярко блестят, на щеках румянец, а то, что губы слегка распухли от сна — сейчас мне это даже на руку.

На кухне мне приходится прибираться: на столе стоят три бокала с недопитым алкоголем и пепельница с истлевшим окурком. Для чего Булату эта вредная привычка? Он не похож на человека, у которого не хватает силы воли от нее избавиться.

Я загружаю грязную посуду в мойку, протираю столовые поверхности и открываю окно. Сигаретами на удивление не пахнет, но проветрить все равно не помешает.

Булат появляется на кухне, когда кофе уже стоит на столе, а я готовлю омлет. Интересно, в ресторанах такое подают ? Может быть, хотя бы его он съест.

— Как тебе спалось? — с улыбкой смотрю, как он садится на стул и тянется к чашке. — Будешь завтракать?

Кажется, вчера он выпил больше, чем я предполагала — выглядит немного хмурым и глаза у него покрасневшие. Я тоже начинаю хмуриться. А вдруг он не помнит о нашем поцелуе и вообще о сексе? Это будет неприятно.

— Не буду. В холодильнике осталась минералка?

Я облегченно выдыхаю. Если он помнит это, то наш секс точно не забыл.

Я ставлю перед ним стакан и запотевшую бутылку. Собираюсь ее открыть, но Булат перехватывает мое запястье и отводит в сторону. Дескать, я сам.

— Как покер? — повторяю свой ночной вопрос.

— Я вчера тебе ответил. Нормально.

Я отворачиваюсь, чтобы снять с плиты сковороду и заодно спрятать улыбку. Конечно, он все помнит.

— Точно не будешь? — демонстрирую ему содержимое. — Омлет должен быть вкусным.

Ответа не следует, и я решаю не настаивать. Когда-нибудь он все равно попробует мою еду.

Я опускаюсь за стол и притягиваю к себе молочник.