Двоедушник

Пришлось свернуть за угол, туда, где каменный забор сменялся витой оградой. Вычислить окно, за которым, по прикидке Ники, находилась комната Антона и Шанны, и бросить в него камушек, найденный тут же, под ногами.

Хлопнула дверь. Не та, железная, а еще одна. Видимо, здесь был черный ход.

Шанна появилась в саду. Неспешно подошла к решетке ограды с другой стороны. Терла глаза и выглядела сумрачно.

– Антона надо срочно разбудить! – выпалила Ника.

– Совершенно невозможно, – зевнула красноволосая девушка. – Технически. А ты чего такая… драная? Случилось что?

– Люди-птицы! Игни… Там… Один. А их много.

– А-а, ну, это… Пусть развлекается. Тебе-то что? Домой езжай."

"– Он же погибнет! – в отчаянии выкрикнула Ника. Ей казалось, что Шанна попросту ее не понимает. Или не хочет понять.

– Ха! – только и произнесла та. Совершенно без признаков беспокойства. – Скорее, эта ваша гостиница провалится в тартарары, чем мы потеряем Игни. Он неубиваем, как старый кнопочный телефон. Езжай домой, честно тебе говорю. И не парься.

Развернулась, снова скрылась в глубине сада.

А Ника побрела обратно к гостинице. Шипя и кусая губу, когда приходилось наступать на больную ногу. Ее собственный телефон – не старый и не кнопочный – раскалился в кармане от пропущенных и сброшенных маминых звонков. Да и сама она была очень даже убиваемая.

Но не могла просто взять и уйти.

Снаружи старое здание выглядело таким же необитаемым, как раньше. Колыхалась от ветра зеленая строительная сетка. Чернели окна давным-давно пустующих номеров. Ни шума, ни звона цепей, ни движения внутри.

Ничего.

Ника снова достала телефон. Вызвала такси. Какие уж тут маршрутки…

Навязчивая картинка – Игни, лежащий на полу там, внутри, – стояла перед глазами всю дорогу. И дома. И даже во сне.

Игни

Похоже, Пастыри тоже могут ходить через Полупуть.

Догадка кажется важной, и я позволяю себе ею насладиться некоторое время. Сам прохаживаюсь по периметру холла, разбрасывая пинками птичьи тушки. Нормально так отожгли…

Эта босая, в маске Доктора Чумы, явно не своими ногами отсюда утопала.

И та, вчерашняя, не с крыши навернулась.

Она из Полупути вывалилась. Причем, вот так ирония, реально на полпути. В тот момент, когда резко перестала быть Пастырем.

Сбежала? Вряд ли. Полупуть сам по себе – идеальное средство погони.

Значит, отпустили.

Значит, она сделала то, что требовалось, и больше не могла это продолжать.

Одноразовое удовольствие? Одноразовые Пастыри.

Собрали Есми, отдали Есми – и пишите заявление по собственному желанию.

А ты, вторая душа, жди вторую находку.

И я жду. Если повезет, мне светит такая же легкая добыча, как и прошлой ночью.

С этой точки зрения Полупуть представляется мне чем-то вроде воздушного коридора.