Двойной горизонт

 – Горыня, который уже давно перестал чему-либо удивляться, кивнул и, засунув меч под ремень, перехватил поудобнее автомат и пошёл на выход из дворца.

Там уже бегали словно ошпаренные воины в ягуаровых шкурах, с телами, расписанными яркими красками, а где-то вдалеке, а точнее вокруг, уже слышался шум боя.

Через минуту князь увидел определённую закономерность в движении воинов. Они выстраивались вдоль стен и коробкой на площади меж дворцов. Того, где умер Уицилопочтли, и второго, где, возможно, были ещё двое.

Тряпки и шкура одного из воинов, похожие на скафандр, вполне подошли бы Горыне, если бы он не стремился надеть их поверх собственного снаряжения.

В конце концов, плюнув на полное подобие, накинул плащ и надел маску, которая вполне могла бы заменить мотошлем, так как закрывала всю голову и даже челюсть, оставляя открытым только лицо, и, скользя вдоль теней, стал подбираться ближе к залу Небесной чистоты – Цяньцингун.

Командовал воинами рослый мужчина в таком же ягуаровом одеянии, только с маской больше по размеру и в длинном алом плаще.

Аккуратно, словно бомбу, Горыня достал из кармашка разгрузки медный футляр и, отвинтив крышку, вытащил небольшую зелёную бутылочку, залитую сургучной пробкой, и, размахнувшись, со всех сил метнул её вперёд.

Подарок барона Штемберга, влетевший в середину воинского строя, как и было положено, хрустнул, разбиваясь и расплескав содержимое на каменную плиту. И мгновенно жидкость, превратившись в невидимое облако, начала быстро растекаться по площади.

Кучно стоявшие солдаты начали падать практически сразу, и уже через пять минут большая их часть была мертва, а остатки расползались в стороны, харкая кровью.

В дееспособном состоянии оставалось лишь три десятка воинов у самого зала Небесной чистоты и те, кто стоял на стенах.

Стоя чуть сбоку, Горыня вскинул автомат, и тугое облако свинца ударило по группе у входа во дворец. Когда затвор дёрнулся в последний раз, он быстро сменил магазин и побежал вперёд, держа оружие наготове.

Отрава была очень короткого действия, всего пять-шесть минут, но всё же Горыня предпочёл не рисковать и задержал дыхание, пробегая через заражённую зону.

Со стен воины бросали копья, но расстояние и темнота не дали им ни малейшего шанса на попадание.

Четверо стражников, стоявших у самого входа, успели лишь поднять свои страшные, плоские дубинки, усеянные каменными осколками, но пули были быстрее.

Роскошные высокие двери дворца Горыня открывал осторожно, заглянув для начала в узкую щель. Конечно, хорошо бы бросить для начала пару осколочных гранат, но помня о том, что там могут быть наложницы, решил рискнуть, и в приоткрытую дверь влетели две гранаты «Вспышка».

Грохот, зарево света – и волна горячего воздуха распахнула обе створки настежь.