Такие разные миры

– А ты не передумала насчет выпускного?

Я повернулась обратно к Руби, ожидавшей ответа. Я уже не была так уверена насчет того, что не пойду, но не хотелось обременять ее ложными надеждами, поэтому я предпочла сменить тему:

– Что вы знаете о Честере и Кристине?

Мой вопрос их удивил. Они коротко переглянулись.

– Много чего, – почти синхронно выдали Руби и Рэй.

– По какой причине Кристина может внезапно стать добренькой и заговорить с человеком, которого до этого старательно пыталась унизить?

– Кристина Никотера – самый лицемерный человек, которого я когда-либо знала, – заговорила Руби. – Обычно она начинает общаться с людьми, если от них ей что-то нужно.

– Что ей может быть нужно от меня?

– Скорее всего, им просто не нравится, что с тобой общается Элиас, – произнес Рэй. – Они не любят, когда в их компашку кто-то врывается. А милой Кристина может притворяться, чтобы отвлечь.

– Да… Так что будь осторожна, Ламия, – закивала Руби, подтверждая слова своего парня.

Я как раз повернулась в сторону смеющейся Кристины, которая сидела на коленях у Честера.

Наши взгляды неожиданно встретились, и она кивнула и улыбнулась.

Улыбнулась…

Что же ты от меня хочешь, Кристина Никотера?

* * *Возвращение домой после очередного долгого учебного дня был как глоток свежего воздуха, в котором я нуждалась. Я невыносимо устала, несмотря на то, что занятия с Элиасом сегодня не было. Он так и не появился, и мистер Хэммингс ничего сказать о его отсутствии не смог. Конечно, мне это показалось странным: он ведь глава семейства, отчим Элиаса. Почему ему неизвестно, где шляется его пасынок?

С этими мыслями я вошла в дом.

На кухне горел свет, и меня это насторожило.

Часы на стене в прихожей показывали четыре – обычно в это время семья организовывает что-то вроде тихого часа, расходясь по своим комнатам. Но сегодня дело обстояло иначе.

Я прошла глубже, отставив в сторону рюкзак, мимо лестницы и оказалась возле двери на кухню. Когда я ее открыла, мне подумалось, что я вижу очень реалистичный, но тревожный сон."

"– О, ассаляму алейкум, Ламия, – поприветствовал меня папа, и слова его все еще звучали с британским акцентом.

– Привет, – улыбнулся мне Элиас, сидевший рядом с ним.

Глава 22

Шок оказался настолько глубоким, что я не могла выдавить ни слова, потому что прозвучала бы, как жалкий щенок, только-только научившийся тявкать.

– Почему ты не предупредила, что Элиас к нам зайдет? – спросил Кани и глупо улыбнулся, наверное, вспоминая о том, что только вчера этот парень ел пиццу в моей комнате.

Я пригрозила ему взглядом, и он постарался состроить невинную мину.

– Может быть, пройдешь? – улыбнулась мама.