Такие разные миры

Куда же все это делось?

С каждым днем не думать о нем становилось легче, но в груди все еще теснилось чувство, название которого я пыталась не формулировать.

– Я принесла платье, Ламия, – вдруг раздался голос мамы, зашедшей на кухню.

Я отставила горячий чай и ломтик покусанной пиццы, чтобы взглянуть на нее. Мама накинула на руку чехол для одежды, в котором было платье.

– Откуда оно у тебя? – спросила я, пока она доставала его из чехла, расстегивая молнию.

Да, на выпускной сходить я все-таки решилась. Было бы признанием поражения, если бы я пропустила этот день. А мне очень не хотелось угождать всем, кто меня обижал. Я и вида подавать не буду.

– Мы с папой копили деньги на твой выпускной вечер, – улыбнулась мама. – Это наш тебе подарок.

– Как нашей умнице-дочке, – добавил неожиданно явившийся папа.

Мама наконец вытащила платье, а я от изумления сделала лишь жалкий короткий вздох, едва не задохнувшись.

Сколько себя помню, я всегда была любителем черных или темных оттенков, так что представшее передо мной зрелище не должно было вызвать такого восторга.

Мама держала в руке длинное платье нежно-голубого цвета с подолом, усыпанным блестками, словно звездами. У него были длинные рукава, плавно расширяющиеся книзу. На груди расположились блестящие тонкие узоры, вырисовывающие птиц, летящих к уровню талии.

Я никогда прежде не видела платья более красивого, чем это.

Оно было необычным и непривычным. Совсем не то, что носили все вокруг.

– Это было простое голубое платье, – сказал папа. – Адиля немного его подправила.

Подправила – слишком слабое слово для того, чтобы описать, что именно мама сделала.

Кани рядом со мной издал протяжное «ва-а-ау», а потом принялся уплетать свою пиццу.

– Мам, – начала я и заулыбалась во все зубы, при этом стараясь не думать, во сколько ей обошлось преображение моего выпускного подарка. – Оно невероятное! Я никогда раньше не думала, что платье могло бы вызвать во мне такой восторг…

Родители посмеялись, а папа сказал, что так он и думал.

А потом я по очереди их обняла. Сначала маму, потом папу. Столько благодарностей за один день я не высказывала ни разу в жизни. А они искренне радовались, улыбаясь и прижимая меня к себе.

Ради таких моментов и стоит жить, сказала я себе, когда отстранилась. Потом взглянула на Кани, жующего пиццу. Он отметил, что платье совсем не в моем вкусе, так почему это я так радуюсь? Мы дружно над этим посмеялись."

"Затем начались каникулы, и во всех домах, где жили подростки, оканчивающие школу, бурно и шумно готовились к выпускному, дата которого была назначена на воскресенье. Я видела в окно, как суетились соседи, и прикладывала титанические усилия, чтобы не смотреть на дом, в котором жил Элиас.