Такие разные миры

– Чего мы ждем? Все на улицу к машине! Быстро, быстро!

Мы действительно торопливо вышли из дома, двинувшись к машине. Я придерживала подол платья, чтобы ненароком не запачкать его, а Кани приоткрыл мне дверцу. И пока родители запирали дом, мой младший братец чуть подвинулся ко мне и шепнул:

– Твой парень упадет, когда тебя увидит. Точно говорю.

Он не знал о произошедшем, так что я не винила его за то, что он напомнил мне об Элиасе, которого я пыталась забыть всеми силами.

– Он не мой парень, Кани, – сказала я ему.

– Да-да. Будущий парень.

– Нет… Он мне вообще никакой не парень.

Братец хихикнул, хотя знай он о случившемся, так бы себя не вел.

Родители зашли в машину следом.

А дальше – урчание заведенного мотора, шум в моих ушах, стук трепещущего сердца у меня в груди…

А затем… Я даже не успела понять, как мы доехали до школы, окруженной кучей машин. То и дело подъезжали все новые и новые автомобили, из которых выходили нарядные дети со своими родителями.

Мы оказались у входа всего за пару секунд, и это заставило мое сердце биться сильнее.

Я неуверенно шагнула вперед.

Школьный зал пестрил всеми оттенками розового, фиолетового, голубого и зеленого. Диско-шар, установленный высоко под потолком, крутился и сиял так, будто в нем собрались все звезды мира.

Так получилось, что мне пришлось идти почти посередине, и танцующие подростки начали расступаться при виде меня. Они провожали меня взглядами, в которых читалось и удивление, и неловкость, и… восторг. Точно так же на меня смотрели в тот день, когда я обыграла Элиаса в трюках на скейте.

К счастью, его среди изумленных лиц я не видела.

– Все на тебя смотрят, – заулыбался Кани. – Как же тут круто!

– Там вроде столики для родителей, – сказал папа, указывая в дальний угол.

И там действительно стояли столики, за которыми сидели взрослые незнакомые мне люди. Точно не учителя нашей школы.

Я повела туда папу, маму и младшего брата, приглашенных, как и остальные семьи, на выпускной их дочери. Они сели на свои места, а Кани сразу схватил бутылку газировки, не изменяя себе.

– Где твоя подруга? – спросила мама, пытаясь перекричать грохочущую музыку.

Она в своем черном арабском одеянии очень странно смотрелась на фоне школьной вечеринки, пока вокруг все в разноцветных нарядах танцевали и кричали от восторга.

Я огляделась и почти сразу обнаружила Руби.

– Вон она, – ответила я, указывая на девушку.

– Иди потанцуй. Мы пока посидим тут.

Взглядом я спросила ее, уверена ли она, и мама кивнула.

Я оставила их и прошла дальше, надеясь не отхватить по лицу чьим-нибудь локтем и избежать случайного столкновения с беснующимися подростками. Потом я увидела знакомые лица: учителя сидели поодаль за столиками и о чем-то беседовали.