Двум смертям не бывать
Средневековье… Войны следуют одна за другой, полыхают костры под пойманными ведьмами, доблесть соседствует с подлостью. Жизнь идет своим чередом: крестьянин пашет, купец торгует, ученый корпит над трактатом, а молодой рыцарь Рамон отправляется в поход. Будничные заботы сменяют одна другую, а тем временем родовое проклятие безжалостно отсчитывает последние песчинки в часах.
Что ж, значит, нужно сделать так, чтобы она ждала разрешение с радостью, а не страхом. А там господь рассудит."
"— Щекотно. — хихикнула Лия.
Он улыбнулся в ответ, откинулся на подушку. Девушка тут же устроила голову на плече.
— Хочешь, расскажу сказку? — спросил Рамон. И сам удивился: что это на него нашло.
— Хочу.
— Только не перебивай. Сказочник из меня…
— Не буду.
— Тогда слушай: жил-был рыцарь. Нет, он не был прекрасен и благороден… мы же договорились: не перебивать. Да и умом, правду говоря… не спорь, мне лучше знать. Так вот… жил-был рыцарь.
Однажды он встретил колдунью.
Он знал, как обходиться с мечом, а со словами — не очень, но в этот раз он нашел слова, что разили вернее меча.
— Однажды ведьме приснился страшный сон. — Сказала Лия. Оперла кулачки об его грудь, пристроила на них подбородок, заглядывая в глаза. — Я знаю эту сказку.
— Ну просил же не перебивать. — Проворчал Рамон.
— Хорошо. Словом, ей приснился страшный сон, оказавшийся вещим. Но колдунья — всего лишь слабая женщина, и ей пришлось просить помощи у мужчин. Умом она, кстати, тоже не отличалась… подстать ее рыцарю, наверное. Потому что когда он исцелившийся, приехал, она оттолкнула его. Любви нет места там, где правит обида. На ее счастье, рыцарь оказался воистину благороден, и… — она задумалась, подбирая слова.
— И дальше неинтересно. — Сказал Рамон. — Ты знаешь, чем кончится эта сказка?
— Конечно. Они жили долго и счастливо, и умерли…
— Нет.
— Договорились.
— Спи, моя ведьма. Спи спокойно, и пусть тебе приснятся добрые сны.
«Живи, моя ведьма. Долго и счастливо».
Эдгар не видел принцессу до самой свадебной церемонии. Нет, он не прятался от ученицы, хотя, правду говоря, очень хотелось бросить все и уехать домой. Но нужно было разрешение короля, а разговаривать с ним ученый не решился.
















