Двум смертям не бывать
Средневековье… Войны следуют одна за другой, полыхают костры под пойманными ведьмами, доблесть соседствует с подлостью. Жизнь идет своим чередом: крестьянин пашет, купец торгует, ученый корпит над трактатом, а молодой рыцарь Рамон отправляется в поход. Будничные заботы сменяют одна другую, а тем временем родовое проклятие безжалостно отсчитывает последние песчинки в часах.
Дождаться, пока слуги закончат, ведя коня в поводу добраться до дома девушки, подождать и там…
— Кажется, до заката мы не успеем. — Рамон подсадил девушку в седло.
— Успеем, если поторопимся. Догоняй!
Они помчались по городу, распугивая редких прохожих. Булыжная мостовая звенела под копытами, разнося эхо по улицам.
— Ворота не закроют? — крикнул Рамон, когда они оказались за стенами. Ночевать на берегу, без оружия и еды не хотелось.
— Нет — обернулась Лия. — Уже давненько на ночь не закрывают. Тихо вокруг.
Рыцарь отметил для себя расспросить герцога и Амикама как только появится возможность.
Чайки взлетали из-под копыт, кроя всадников последними словами на своем, птичьем языке. Лия придержала коня. Рамон спешился, подхватил ее за талию, помогая спуститься. По большому счету девушка не нуждалась в помощи — они оба знали это, но она и не возражала, а чувствовать себя сильным мужчиной, ухаживающим за красивой женщиной было, пожалуй, приятно.
— Сколько тебе лет? — невпопад спросил Рамон, убирая ладони с тоненькой талии.
— Семнадцать. А тебе?
— Двадцать.
— Правда? Я почему-то всегда думала, что ты намного старше… лет на шесть может даже десять. — Лия засмеялась. — Еще удивлялась, почему такому взрослому дядьке со мной интересно."
"Тихо шелестело море, провожая день.
— Хочешь искупаться?
— Нет.
— Разучился плавать? — она улыбнулась, брызнула водой с ладошки.
— Не разучился. Просто…
— Перестань, у нас испокон веков лезут в воду все вперемешку и ты об том знаешь.
— У нас нет.
















