Двум смертям не бывать

— Посмеялся, и будет. — Проворчал, наконец, Бертовин. — Теперь давай серьезно.

— Я совершенно серьезен.

— И ты полагаешь, ваши, благородные, это проглотят?

— Куда денутся. — Он посмотрел на Хлодия, который, похоже, лишился дара речи. — Лен обещан. Проявишь себя доблестным воином — будешь рыцарем. Тогда твои дети будут считаться благородного происхождения и когда им придет время наследовать, ни одна собака тявкнуть не посмеет.

— Я… — мальчишка пошел разноцветными пятнами. — Я постараюсь.

— Да уж постарайся. Я с того света тебя не достану, но у отца, вон, — он кивнул в сторону Бертовина, — если что не заржавеет уши надрать, и не посмотрит на звание.

— Не заржавеет. — Подтвердил Бертовин. — Хоть бы спасибо сказал, остолоп.

Рамон жестом остановил открывшего было рот оруженосца.

— Службой отблагодаришь. До сих пор поводов упрекнуть у меня не было — надеюсь, и теперь не появятся.

— Не появятся, господин.

— Хорошо. — Рыцарь вышел, поманив за собой Бертовина.

— Просто так сказать не мог, без выкрутасов? — поинтересовался тот, когда дверь за спиной закрылась.

— Извини, не удержался. — Улыбнулся Рамон.

— Уймись. Если начать считаться, кто кому больше должен, то не уверен, что результат будет в мою пользу. Так что уймись. Теперь о деле. Пошли ко мне.

— Между нами. — Продолжил он, устроившись у камина. — Для мальчика это скорее задел на будущее, нежели заслуженная честь. Он хорош, очень хорош но…

— Но пока этого ничем не заслужил, понимаю.

— Хорошо, что понимаешь, Хлодию только не сболтни. Уверенность ему понадобится, и еще как. Рана эта некстати, по-хорошему его бы с нами взять, посмотрел бы, да попробовал сам место для замка выбрать — а там бы обсудили, почему так, а не этак.

— Кто мешает потом объяснить?

Рамон покачал головой.

— Потом не то, на готовое. Надо, чтобы сам пораскинул мозгами. А мы бы поправили, если что.

Взять бы парня с собой, в самом-то деле. Но в повозке он не поедет, а верхом, даже если и усидит — в чем Рамон сомневался — не ровен час, рана воспалится. Останется парень без ноги, и тогда и с перспективой рыцарства, и с леном ему придется распроститься. Герцогу нужны воины, а не калеки.

— Завтра, когда приведешь людей разговаривать… Подумай, как сделать так, чтобы Хлодий мог слышать и мотать на ус.

— Хорошо.

— Тогда ступай. Остальное завтра."

"Завтра скорее всего весь день уйдет на разговоры, даст бог, найдется подходящий человек, хотя бы один. Бертовин отбирал людей очень придирчиво, да и сам Рамон по части строгости ему не уступал. Вечер уйдет на то, чтобы расспросить Хлодия, что из дневных разговоров тот запомнил и какие выводы сделал.