Единственный...

 — Я сейчас вообще на все более эмоционально реагирую, поэтому, поверь я могла бы устроить тебе знатную истерику, но… раз ты считаешь, что ты бесплоден, значит, на это есть причины.

Я не хотела рассказывать о том, что мне сказал его отец. Как я поняла, у них не самые лучшие отношения и я не хотела их затрагивать.

— Я не хочу устраивать ссоры с тематикой «почему ты мне не веришь?». Ты же не просто сомневаешься. У тебя есть причина, а мне нечего скрывать. Поэтому я хочу, чтобы ты раз и навсегда убедился в том, что это твой ребенок и между нами больше не возникало недосказанности.

Несколько бесконечно долгих секунд Кириан смотрел мне в глаза, а потом вплел пальцы мне в волосы и, притянув к себе, поцеловал. Долго и медленно. Так, что у меня по телу скользнули искры и я невольно задрожала.

Я хотела, чтобы Кириан лег и отдыхал, но он сразу позвонил кому-то. Кажется, узнавал насчет частных лабораторий. Примерно через двадцать минут ему привезли новую одежду и, после того, как Агеластос переоделся, мы пошли к машине.

— Я надеюсь, что это не займет много времени, — буркнула, когда машина выехала на дорогу. — Тебе отдыхать нужно.

Кириан ничего не сказал. В это время неотрывно смотрел на мой живот. Он не отрывал от него взгляд вплоть до того, как мы приехали к лаборатории."

"Сразу же у нас взяли анализы и в ближайшее время выдали результаты. Кириан несколько раз прочитал то, что там было написано, после чего отбросил бумаги на стол и обнял меня. Поцеловал в макушку и прижал к себе. Но делал это осторожно. Прикасался ко мне так, словно я состояла из хрупкого хрусталя.

Немного отстраняясь, наклонился и своими губами прикоснулся к моим. Потом к щеке и вновь к губам.

Целовал коротко и в тот же момент долго. Безумно и нежно. Так, что у меня все тело заискрилось и в груди затрепетало.

— Черт. Это похоже на сон, — сказал он, вплетая пальцы мне в волосы и опять целуя.

В этот момент его ладонь легла на мой живот. На место, где был наш общий ребенок. Пока что еще совсем кроха. Казалось, что такое простое прикосновение, но я задрожала каждой частичкой тела, чувствуя, как все в груди заискрилось.

— Пол уже известен? — спросил он, проводя ладонью по животу. Его рука такая грубая, но прикосновение до невозможности нежное.

— Будет мальчик, — прошептала.

Кириано опять наклонился и своими губами прикоснулся к щеке. Ее обожгло, словно на коже вспыхнул огонек и в груди расплылось тепло, а он все так же продолжал целовать и, обняв, опять притянул к себе. Очень бережно. Словно хрупкое сокровище, но в тот же момент, будто говоря, что никогда не отпустит.

А мне опять захотелось плакать, но на этот раз не из-за горечи. Я была счастлива.

* * *С огромным трудом, но мне все-таки удалось заставить Кириана пойти отдыхать.