Единственная для командора (СИ)

Вдобавок отпрыгнула, но неудачно и наступила на острый камень, пошатнулась и чудом не упала, оперевшись на стену пещеры.

Акорн быстро оказался рядом. Окинул внимательным взглядом всё вокруг, повёл остриём кинжала.

— Что случилось? — обеспокоенно он посмотрел на меня.

— Тут кто-то есть, — взволнованно поделилась я.

Сердце не успокоилось и теперь быстро и сильно колотилось. Командор ешё раз оглядел пещеру, но никого не увидел. Как и я. Зато я заметила, как взгляд командора то и дело опускается мне на грудь, но не задерживается там. Проследив за ним, я быстро поняла причину: мокрая сорочка прилипла к телу и показывала демоверсию фигуры Люмины. Надо сказать, неплохой фигуры. Я шагнула и потянулась за платьем, но в следующий миг одёрнула руку и снова пискнула.

— Там ящерица, — объяснила я удивившемуся Акорну.

Он улыбнулся, на его лице явно читалось облегчение. Да, накрутила я себя в этом походе, ожидала магии или ещё чего похуже в зоне этой проклятой змеи.

Акорн быстро изловил ящерицу, придирчиво осмотрел её, а потом отпустил.

— Она абсолютно нормальная. Тебе нечего бояться.

Шагнув ближе, он отдал мне платье и обнял меня. Только в руках командора я начала успокаиваться по-настоящему. Поэтому когда он начал отстраняться, я только сильнее прижалась, давая понять, что мне ещё нужно время.

— Всё хорошо, — его голос вибрировал низко, где-то в груди.

Командор провёл рукой мне по спине, коснулся щеки. Стоило мне поднять на него взгляд, как он наклонился и поцеловал. В моей голове сразу стало пусто, тревоги и сомнения ушли на второй план. Остались только мурашки и ощущения нежных, сухих губ.

Медленно Акорн раздвинул губы и без сопротивления проник в мой рот. Я судорожно вздохнула и осознала, что комкаю в руках платье. И оно мешает. Отбросив его в сторону, я обняла Акорна в ответ, провела по его спине до основания шеи и обратно. Он отвечал на каждое моё движение, то углубляя, то замедляя поцелуй.

Вдруг издав полурык-полустон он, приподняв, прижал меня к холодному камню пещеры. Неровности впились в кожу, но я не почувствовала боли. Акорн разорвал поцелуй и, царапнув щетиной кожу на щеке, прикусил мою мочку уха. С губ сорвался стон. Это словно дало командору разрешение действовать смелее. Приподняв мою ногу, согнутую в колене, он вжался пальцами в бедро, задрав сорочку. Стал целовать шею, всё ниже, дойдя до ключиц. Волны дрожи и наслаждения заставляли меня ловить каждое его движение, сосредотачивать внимание на них. Только когда Акорн оттянул вырез и опустился поцелуями до груди, я осознала, что так мы можем далеко зайти… слишком далеко.

Тяжело дыша, я положила подрагивающие ладони ему на плечи и надавила, отстраняя.

— Акорн, — вместо твёрдого и уверенного голоса послышался мой слабый шёпот.