Его дерзкая девочка (СИ)

— Неинтересно, что это?

— Нет, знаешь, не люблю красный, — поджимаю губы. Чувствую, мне не понравится то, что там лежит. Пусть пара «кляуз» от блюстителей закона не смертельное оружие… все равно.

— Штрафы, Злата. Превышение скорости, несоблюдения ПДД, парковка в неположенных местах — до бесконечности могу перечислять, ты, по-моему, собрала все, что только можно, и в последний месяц превзошла саму себя, — говорит отец, сцепив руки в замок, глядя на меня, как на нашкодившего ребенка. Нормально так нашкодившего. На пару десятков тысяч точно.

— Ну, ведь… все живы, — улыбаюсь примирительно. — Сильно я не наглею, честно-честно.

— Большая наглость начинается с маленькой шалости, — упирает локти в стол папа, зловеще сцепив руки в замок. — Это сейчас, на твое счастье, не произошло ничего критичного, но, Злата, ты не на «Формуле 1», и я за тебя переживаю. Твоя машина выжимает бешеную скорость, и я не хочу проверять, на какой отметке ты просто-напросто потеряешь управление! — говорит тоном генерального директора, а я только сейчас начинаю понимать, чем мне может грозить этот разговор. Тем, о чем даже подумать страшно. Да что ж за напасть-то такая!

— Я поняла тебя, учту! — торопливо вскакиваю с места, — пойду работать! — бросаю, крутанувшись на пятках и прибавляя скорость в сторону двери, только чтобы разговор не дошел до логического завершения. Не хочу. Нельзя с нами так. Со мной и с моей белоснежной красоткой.

— Нет, Злата Романовна, выслушайте меня! — прилетает в спину грозное. — Малышка, я уже с тобой не шучу шутки. Так было раз, было два, штрафы с каждым месяцем все растут, а толку от наших разговоров все меньше. Мать нервничает, я скоро начну вздрагивать с каждым звонком телефона, боясь услышать, что ты, в очередной раз лихача, убилась. Ты не понимаешь меня, Злата. Значит, будем решать вопрос радикально.

— А может, не надо радикально?

— С этого момента я приставлю к тебе водителя.

— Па…

— Вон Анатолия возьмешь.

— Нетушки!!! — тут же вскрикнула, округляя в неверии глаза, возвращаясь к столу. — Какой водитель, ты о чем?! Меня да посадить на заднее сидение? Я уже молчу о том, что с этим твоим Анатолием каждый мой шаг будет под надзором!

Это же все! Крах всего. Полный провал и развал личной жизни. Никаких секретов от родителей, никаких убойных вечеринок — все же будет докладываться отцу напрямую. Личный водитель, считай, как личный шпион. Я уже не маленькая девочка, чтобы за мной по пятам ходил дядя в черном смокинге.

А как же вдавить педаль газа в пол? А ощутить руль в своих руках и полную свободу с бегущей стрелкой спидометра?

— Да это же просто смерти подобно! — выдыхаю возмущенно. — Папа, нет!

— Да Злата, раз по-другому ты не понимаешь! — рыкнул отец, заставив меня поджать хвост.