Его мишень

— Так, подожди, теперь еще раз и по порядку. Ты пришла ко мне домой и увидела там Лилю?

— Да.

— Теперь все понятно, — и улыбнулся.

Он улыбнулся, гад! Захотелось взять со стола тарелку и разбить о его голову.

— Это я дал ей ключи.

И тут я опешила.

— То есть ты не просто пригласил ее к себе, но и дал ей ключи? Ты даже мне дубликат не оставил! А ей…

— Ты все не так поняла.

— Вот только не надо этого всего. Я же просила!

— С Лилей был не я! Я дал ей ключи, чтобы она могла встретиться со своим парнем. Я знал, что ты не одобришь, поэтому ничего не сказал.

— Ты врешь! Врешь, потому что я загнала тебя в угол! Извиваешься словно уж на раскаленной сковородке. Как же это мерзко, Бойко.

— С ней. Был. Не я, — отчеканил он. — Я рассказал все как было, а все было именно так.

В интонациях, выражении лица, было столько непоколебимой уверенности, что я начала сомневаться.

А вдруг он действительно правду говорит?

— Иди, постучи снова, — махнул головой в сторону двери. — Зайди в квартиру и посмотри, кто там.

— А кто там? Кого она позвала?

— А я откуда знаю? Сказала, своего парня. По сути мне все равно, я дал ей ключи по-соседски. Самому когда-то негде было толком уединиться и вот такие друзья сильно выручали. Иди, что смотришь! Давай.

Я заколебалась. Запал сошел, мысли просветлели. Я боялась чувствовать облегчение, но оно наступало само собой.

— То есть там правда был нет ты?

— Я же сказал — нет! Ты вообще слушала, что я говорил, когда пришел? Я вообще-то в аварию попал. Вот, — вытащил из кармана какую-то смятую бумагу. — Здесь все написано. Сколько я бабла отвалил за его фару разбитую. Могла бы посочувствовать, содрали втридорога.

Там был не он. Не он! Все остальное сразу перестало иметь хоть какое-то значение. Стало так хорошо. Боже, какое облегчение. И стыдно, за то, что закатила истерику.

— Ты тоже меня пойми — я пришла домой, увидела накрытый стол, обрадовалась, а потом эти звуки из соседней квартиры… Голая Лиля в одеяле. Что еще я могла подумать? Уверена, ты сделал бы точно такие же выводы, если бы увидел в моей квартире какого-нибудь голого мужика в одном полотенце."

"— Этот день стал бы последним в жизни несчастного, — мрачно пошутил Свят. — Ты мне не доверяешь, вот что неприятно.

— Я не недоверяю тебе, скорее… я в себе не уверена. Столько девчонок за тобой увиваются, я же все вижу, и каждой из них ты улыбаешься… — в голосе прозвучала обида. — Да и вообще меня уже предавали, поверить кому-то безоговорочно снова — очень сложно.

Он слез с высокого барного стула и подошел ко мне, заключил мое немного зареванное лицо в свои руки.

— Мне ты можешь доверять, разве еще не убедилась?

— Я очень стараюсь, правда. Но эта скрытность, неопределенность между нами… она угнетает. Мы просто ночуем вместе, как любовники, и на этом все.