Его запретная малышка

Гремело так, что у меня самой закладывало уши, звук заглушал мысли и удары топора.

Но наслаждаться собственной сделанной гадостью пришлось недолго, зазвонил телефон, пришлось прервать дискотеку и ответить.

— Машка, как дела, как деревенские просторы? Комары еще не всю тебя обглодали?

— И вам доброго дня, госпожа Вершинина. Нет, с комарами все прекрасно, их почти нет.

— А что с голосом? Кто разозлил мою умную стервозную младшую сестренку? Кому голова лишняя на плечах?

— Да есть тут персонажи, но так, ничего особенного.

— Мужчина? Мне уже интересно, давай вываливай на меня последние деревенские сплетни. Мы тут недавно с Ромочкой были у его родни в гостях, тоже почти деревня, господи, такой колорит, такие открытые и добрые люди.

Дашка имела прекрасную особенность задавать вопросы и тут же отвечать на них сама. Но с добротой и открытостью людей я бы поспорила. Может, все потому, что деревни разные?

— Все нормально.

— И это все? Ты бы там хоть какую интрижку завела с местным, будет, что в старости вспомнить. Наверное, учебники с собой взяла или изучаешь очередной присланный папой бизнес-план?

Учебники я на самом деле взяла, но еще не доставала из чемодана. Вот вроде старшая сестра не отличается умом, а видит насквозь и знает, что сказать.

— Даха, не начинай, я отдыхаю, вчера пили самогон, купались с Зойкой, баба Аня откармливает меня как на убой, так что неизвестно, у кого пузо будет больше, когда приеду.

— О, ну это прекрасно, а вот с папой опять что-то странное: решил купить ресторан.

— Зачем ему ресторан?

— Сама не знаю, вроде был к такому бизнесу равнодушен, больше заводы покупал.

— Может, опять влюбился? Как зимой, помнишь, та, не хочу даже имени ее называть, он тогда был сам не свой, похудел, в офисе ночевал.

— Ой, ну нет, быть того не может. Позвони ему, спроси, что да как, тебе, может, больше расскажет.

— Точно, взял и исповедался.

— Как там Зоя?

— Влюбилась.

— Как это прекрасно.

Дашка — вот уже пять месяцев пребывала в таком состоянии, что у нее или все прекрасно, или ужасно. Любовь относилась к первой категории.

— Зойке так не кажется, она считает, что у нее свободные отношения.

— Ой, что вспомнила. Папа говорил про какой-то прием в сентябре, суперглобальный, на котором он планирует познакомить тебя кое с кем.

Вот это ее «кое с кем» мне не понравилось совсем. Смотрю на забор, удары топора все еще слышны. Вот неугомонный какой. Прикрыла глаза, представив снова этого дровосека, литые мышцы, загорелая кожа. И кто сказал, что женщины любят ушами? Да вот если бы он молчал, было бы идеально.

— Маш, ты слышишь?

— Да, прием и знакомство. Со мной этот номер не прокатит, я не собираюсь выходить замуж ради слияний компаний или за сына папиного партнера. Я вообще замуж не собираюсь, у меня на жизнь другие планы.