Её несносный студент

— Не совсем, — он улыбается, а потом делает резкий выпад и прежде, чем я успеваю отреагировать, притягивает меня к себе и целует.

Гад!

Знает, он прекрасно знает, что не могу я ему сопротивляться и бессовестно совершенно этим пользуется. Я, несмотря на всю свою злость, отвечаю на поцелуй, потому что не могу, не умею иначе. С ним не умею.

— Не бесись, Александровна, ничего непоправимого не произошло, — он подмигивает, немного ослабляет хватку, но из объятий меня не выпускает, продолжает держать, прижимать к себе. Я чувствую, как сильно колотится его сердце, чувствую исходящее от Волкова напряжение и понимаю, что не так он спокоен, как хочет казаться. Он нервничает, несмотря на внешнее спокойствие и непринужденность, нервничает.

— Ты снял квартиру, хоть я просила тебя этого не делать.

— Ну я и не снимал, — он улыбается, смотрит на меня так, что я просто не могу на него злиться.

Господи, ну откуда он такой взялся.

Смысл его слов до меня доходит не сразу. Только лишь спустя несколько долгих секунд я окончательно осознаю сказанное.

— Что… подожди, тогда что мы тут делаем? — обескураженная сказанным, я непонимающе смотрю на Егора.

— Ну… я ее купил.

— Чего? — таращу на него глаза, чувствую, как взлетают вверх мои собственные брови. В голове хаотично кружится целый ворох вопросов. — Что значит ты ее купил? Откуда… ты… я не понимаю.

— Мне помогли, Ксюш, друзья, в общем это не твоя головная боль.

Я отталкиваю его, отхожу назад, стараясь переварить новую, не укладывающуюся в голове информацию.

— Что значит не моя головная боль? Волков, ты с ума сошел? — восклицаю я, взмахивая руками.

Что творит этот мальчишка? Какая квартира? Какое купил? Он вообще в себе?

Недавно пришедшие принятие и смирение испаряются за какую-то долю секунды. Я снова чувствую вину за происходящее. Он же это из-за меня, все из-за меня, чтобы мне доказать…

Это ведь я постоянно ставила под сомнение его намерения, его серьезность. И вот это все — последствия моих необдуманных слов и действий.

— Ксюш, ну ты чего, малыш, ты чего расстроилась так? — он снова подходит ко мне, снова обнимает, гладит по волосам, шепчет какие-то нежности, а я… я все больше себя ненавижу.

— Ты должен ее вернуть, это возможно? — не знаю, откуда во мне берутся силы. — Что ты творишь, Волков? Ты же себе жизнь гробишь.

Он вздыхает, смотрит на меня, как на дите неразумное, словно я какую-то абсолютную глупость сейчас ляпнула.

— Я ничего не буду возвращать, как ты вообще себе это представляешь? Мне дали возможность, помогли, условия выгодные опять же.

— У...условия?

— Ну да, — кивает, — по выплате. Не забивай голову, малыш.