Её несносный студент

Мужчина сделал шаг по направлению к женщине, протянул к ней руку, женщина вскинула свою, останавливая, не позволяя к себе приближаться, сделала шаг назад, остервенело замотав головой.

— Лина, — мужчина сделал еще одну попытку, и снова мимо. — Лина послушай, — он заговорил хрипло, едва слышно, голос его не слушался, сердце тарахтело, как ненормальное, еще немного и выскочит из груди, уши заложило от грохота собственного пульса.

— А надо, Женя? — женщина вскинула правую бровь, посмотрела на мужчину. В ее взгляде не было ничего, кроме циничного равнодушия. Лицо ее приобрело выражение абсолютной отрешенности.

Евгения словно молнией насквозь прошибло, по крайней мере именно так он себя почувствовал. Боль — абсолютная, нестерпимая — пронзила тело мужчины."

"Он смотрел на любимую женщину, на красивом лице которой сейчас красовалась давно забытая, непроницаемая маска и не понимал, как умудрился так глупо облажаться.

Сейчас он словно вернулся в прошлое, на двадцать с лишним лет назад, в тот день, когда впервые ее увидел, в тот день, когда еще не понимал, что пропал, потонул, погряз окончательно и бесповоротно, лишь заглянув в серые, как осеннее небо глаза.

Девчонка, дерзкая смотрела на него также, как и сейчас — равнодушно, не проявляя никакого интереса к нему, к Евгению Волкову — кумиру всех без исключения девчонок на их факультете.

Евгений уже успел забыть, каково это — смотреть в холодные, пустые глаза. И видит Бог, он не хотел вспоминать, а пришлось, потому что Ангелина Аркадьевна, его Лина, его Ангел, вновь превратилась в ту ершистую, неподдающуюся логике, дерзкую девчонку.

— Лин, — он не знал, что сказать, не понимал с чего начать.

Весь его богатый словарный запас разом выветрился из головы, стоило наткнуться на равнодушие во взгляде женщины. — Послушай, Ангел, я…

— Жалеешь, значит? — губы женщины скривила невеселая усмешка. — И как давно ты это понял?

— Лина, — он снова сделал шаг к ней, она же сделала очередной назад, — да, черт, послушай же ты, — мужчина вздохнул шумно, ладонью провел по копне густых светлых волос.

— Я слушаю, Женя, а вот трогать меня не надо, — она говорила спокойно, даже слишком, и это ее спокойствие дико раздражало мужчину. Боги, лучше бы она кричала, скандалила, громила все вокруг. Он был готов вынести все что угодно, но только не это холодное равнодушие в ее глазах. А следующая фраза и вовсе отправила его в нокаут.

— Я могу дать тебе развод прямо сейчас, мог бы просто сказать, незачем было делать вид, что постоянно занят на работе, — и будь Евгений чуть более внимателен, он бы обязательно услышал, как дрогнул голос жены на последних словах.

— Какой, нахрен, развод, — взревел мужчина.