Эхо Древних (СИ)

Никогда не садился, не ложился, не останавливался. Предварительно наедался вонючего грибного супа, который варил три дня. Отвратительное варево защищало мозг шамана, хотя полностью уберечь от магии не могло. Каждый раз Крак возвращался немного изменившимся – то с лишним мизинцем на ноге, то с крохотным слепым глазом на затылке. Видя это, сородичи ещё больше боялись и уважали его. И, разумеется, эти уродства служили лучшим доказательством того, что ходить в Пятно – табу.

Крак протянул руку в сторону замерших в ожидании детей, поманил их скрученным пальцем. Молодежь вскочила со своих мест и начала выстраиваться в очередь. Старались не суетиться и не толкаться. Взрослые заранее предупредили детей, что их ожидает, теперь каждый осознавал важность момента.

Держа мох в одной руке, второй Крак отрывал небольшой комочек и протягивал тому, кто стоял в очереди первым. Мальчик или девочка кланялись, шептали «Слава Пятну!» - и съедали полагающийся им кусочек прямо с руки шамана.

Сегодня каждому из них предстояло пережить очень тяжелую ночь. Когда впервые впускаешь в себя Пятно – это всегда больно. Магия что-то меняет внутри тебя, разрывает кости и сращивает их заново, меняет местами органы. По крайней мере так кажется. Но через эти муки стоило пройти. После них становишься по-настоящему сильным и выносливым. Ритуал делает из глупых детей охотников-варанхов – быстрых, хитрых, ловких, смертоносных. Тех, кто сумеет защитить себя и своих близких.

Глава 1

Медленно и важно, неспешно водя рогами в стороны и обмахиваясь хвостом от мошек, насупленный бычок тянул скрипучую телегу по старому проселку. Дорога пролегла вдоль берега реки, иногда сворачивая в лес, а потом снова выкатывалась на открытый простор. До Штыряков – небольшой деревни на окраине Юго-Восточной провинции – оставалось часа полтора.

Рассветный ветерок разогнал облака, но к полудню притомился и затих. Большую часть пути солнце висело под самым небесным темечком и палило оттуда немилосердно. Даже теперь, ближе к вечеру, духота не спадала.

Правивший телегой Мишек совсем разомлел. И немудрено – считай, четыре дня вдали от родных стен, замучился. Сегодня встал посреди ночи, выехал из города затемно, до зари, чтоб вовремя поспеть домой и не ночевать в дороге.

А вчера весь день допоздна торговал на ярмарке. Повезло, что в этот раз с явным прибытком. Прикупил новые дверные завесы и железных гвоздей, а то матушка уже плешь проела: «почини да почини, ты мужик или нет?». Выгодно взял новое стекло для оконной рамы, взамен треснувшего; всякий знает: орсийское стекло – лучшее в империи! А для бабки – мамкиной мамы, значит – купил теплый шерстяной платок. Может не самый красивый, но зато теплый – это для неё куда важнее, в таком-то возрасте.