Электрик

Света едва успевала записывать литеры.

– Что он там сказал? – спросил Володя.

– «Плачет по ночам», – по слогам прочитала Колтун.

– Кто? – хором спросили рыжие девицы.

Володя вскочил из-за стола. Лицо покраснело, руки затряслись.

– Это чушь! Бред какой-то!

– Успокойся! – Маша потянула парня за рукав. – Садись. С этой штукой бывают проблемы.

Как только Вова сел, Маша положила обе руки на блюдце. Оно дернулось, будто только того и ждало, и двинулось к слову «НЕТ». Маша удивленно вскинула бровь.

– Что «нет»?

Блюдце заходило по бумажному кругу, и Света начала записывать за ним.

– «Это еще не проблемы», – прочитала она.

– Хорошо, – ласково, будто разговаривала с капризным ребенком, произнесла Маша. Она почувствовала, что ее ладони вспотели. – А скажи мне… – Маша задумалась. – Скажи… – Она посмотрела на Сережку Монова. – Кто будет мужем Светы Колтун?

Светка хихикнула и приготовилась записывать. Но по мере написания букв, указанных блюдцем, ее веселье сходило на нет. Потом она вскрикнула и отбросила ручку, будто дохлую крысу.

– Что случилось? – спросила Маша, но рук с блюдца так и не убрала.

Свету всю трясло, она не могла проговорить ни слова. Вася взял листок с ответами духа и прочитал последнюю запись.

– Олег Соколов. Имя как имя, – удивился парень. – Что ты развизжалась?

– Он утонул, когда мы были в третьем классе, – сказал Стас.

– Ну и что? – спросил Володя. Казалось, собравшихся его вопрос поразил еще больше, чем названное духом имя мертвого мальчика. Поэтому Паровоз решил быстренько исправиться: – Может, этот… ну… Пушкин не знал, что пацан утонул.

Глупое предположение, но все-таки лучше мысли о том, что призрак издевается над ними. Но Маша решила проверить.

– Александр Сергеевич, вы знали, что, – голос предательски дрогнул, – Олега Соколова нет в живых?

Блюдце сорвалось с места к слову «ДА» и тут же вернулось назад. Маша отдернула руки, будто хотела показать свою непричастность к происходящему. Девушка испуганно посмотрела на сидящих за столом (возможность того, что это всего лишь чья-то шутка, сохранялась), но она увидела, что ребята напуганы не меньше ее. Чушь! Бред! Ей говорили, что будет весело, но чтоб настолько… Маша взяла себя в руки и снова дотронулась кончиками пальцев до блюдца.

– Может, не надо? – услышала она чей-то шепот.

«Одна из рыженьких, – подумала она. – Может, и правда не надо?»

Но потом решилась и произнесла:

– Дух, ты шутишь?

Блюдце задрожало, будто под него заползла какая-то тварь и теперь пытается вырваться. Маша надавила сильнее. Она прекрасно понимала, что дух не сможет ответить, если обездвижить тарелку, но Маша очень боялась увидеть, что под ней. Но блюдце успокоилось и поползло к «НЕТ».