Электрик

То есть у них не было ничего общего, кроме разве что этого свертка.

Полковник вдавил кнопку звонка, подождал, снова вдавил и прислушался. Тишина. Иван постучал.

– Входите! Открыто!"

"Иван Ильич переступил порог и прикрыл дверь. Внутри Коржунова что-то перевернулось, тяжело стало, и он выдохнул.

– Я знал, что ты придешь.

Александр сидел, повернувшись к окну.

– Делай свое дело и уходи, – тихо сказал Фролов и развернул кресло в сторону вошедшего.

Он был удивлен:

– Коржик, ты чего здесь?

– Ты же шказал, что ждес меня, – улыбнулся полковник.

– Вообще-то не тебя, но раз пришел, заходи.

Коржунов вошел, положил на стол сверток, развернулся лицом к Саше и улыбнулся:

– Я присол, чтобы напомнить тебе кое-что. – Он снова повернулся к столу и начал разворачивать мешковину.

– Перед тем как… ты мне напомнишь, ответь, почему именно Коржик?

Иван повернул только голову, продолжая возиться со свертком. Теперь Александр заметил, что Мансуров полностью заменил Коржунова. Та же ухмылка, те же безумные глаза. Если бы полковник сейчас был в шапке или обрил голову, то у Фролова не осталось бы сомнений, что перед ним Электрик.

– А какая, к хренам, тебе разница? Закрой глаза и предштавь, что это я. – Мужчина поднял со стола бамбуковое короткое копье с электрическим шнуром на конце. – И только я. – Он нагнулся и воткнул вилку в розетку. – Присло время умирать.

– Нет.

Ухмылка Мансурова стала еще шире:

– Ты боишша? Да, ты боишша.

– Я говорю, нет электричества. Твоя «удочка» не сработает.

– Сегодня не твой день, Электрик, – раздался из коридора голос Игоря.

– Это кто там тявкает? – Мансуров-Коржунов отбросил «удочку» и начал отходить к окну.

В комнату вошли Пришвин и Савельев. Подняв пистолеты на изготовку, они шли на начальника.

– Тисэ, мысы, – Коржунов развернулся слишком резко для тучного человека, открыл окно и прыгнул вниз.

Савельев подбежал к распахнутым створкам, глянул вниз – полковник исчез, – и повернулся к дяде Саше.

– Разве пять этажей недостаточно для того, чтобы умереть? – спросил он.

– Это смотря что с ними делать, – попытался пошутить Костя. – Он не разбился?

– Его там просто нет, – ответил Савельев и подошел к дядьке: – Ну-с, Александр Фролов, пришло время рассказать, что на самом деле случилось с Мансуровым и каким образом эта мразь оказалась в мире людей.

* * *Он понял: конец близок. Мансуров еще в детстве знал, что умрет от электричества. В шесть лет была подготовка к настоящей смерти, репетиция. В его голове рождались не то воспоминания, не то фантазии. Рождались и терзали. Истеричный смех пьяной женщины, мат и удары – все это билось в голове Электрика. Билось и рвалось, хотело выбраться наружу.

Что-то пошло не так. Он должен был умереть там, в заброшенном клубе на краю шахтерского поселка.