Тринадцатый V (СИ)

Главное, чтобы они телефоны не потеряли, — кивнула красноволосая.

— Вот и потренируетесь, чтобы не потеряли, — прокомментировал я.

— Живые дроны получатся, — улыбнулась Маша. — Я должна на это посмотреть!

— Тогда приглашаю всех во двор. Вам же будет удобно начать оттуда, Михаил Мирославович?

— К сожалению, нет. Ведь всегда есть вероятность, что вы уничтожите улики в доме, пока я осматриваю двор.

— Что ж. Тогда всё равно выходите с нами. Подождёте, пока мы привяжем камеры к летучим мышам, а потом делайте что хотите, — сказал я голосом, не терпящим возражений.

А то знаю, как это работает.

Стоит нам только отвернуться, он тут какую-нибудь псевдомагию найдёт, которую сам же и принёс с собой. Но его к сожалению, фиг обыщешь перед обыском. Поэтому только тотальный контроль и летучие мыши. Да и Зубастика следом отправлю с призраками, чтобы сразу маякнули — если вдруг Михаил Мирославович или его помощник найдут способ нас подставить."

"Но они не нашли. Хоть мы сами и не ходили за ними, но мужчины-то понимали, что за ними тотальный контроль. А будь у меня видеодоказательства, юрист семьи бы легко с их помощью отправил встречные обвинения.

Провожать нежеланных гостей я не стал, только всучил им визитку с номером семейного юриста. Он предупреждён о моей личности, так что легко разберётся, не раскрывая моей личности. Хотя это должно случиться уже скоро. А мне так не хочется расставаться с фамилией Алмазова. Такой вот выбор: лёгкая жизнь или статус и власть. Но скоро и у первой моей личности закончится лёгкость.

И чем больше будет становиться орден, тем сложнее будет хранить тайны. Но и к этому я готов.

— Проследи за ним, — шепнул я Макару, когда наши гости отошли на десяток метров в сторону выхода с моей территории.

— Да, капитан! — воскликнул призрак и помчался следом.

Всё же призраки — идеальные шпионы, хоть и нематериальные.

— Фух, наконец-то убрались. А то они так нервировали Булочку, что в ней охотничий инстинкт проснулся, — призналась Маша.

Я посмотрел на лежащего на снегу гепарда. Ну, если в ней и есть инстинкт охотника — то только зачатки. Скорее инстинкт сна и лени.

— А как ты это узнала? — поинтересовался я.

— Я же чувствую её эмоции. Ещё никогда она столько агрессии не передавала.

— Растёт, — улыбнулся я.

— Ага. Надо будет дрессировщика попросить с этим разобраться. Не уверена, что если будет серьёзная ситуация, что смогу её сдержать.

— Верно мыслишь. Вообще, такими темпами наши питомцы уже через месяц должны с первого раза выполнять любые команды. Утрирую, но даже если отдашь приказ сброситься с крыши, у питомца не должно быть возражений.

— Ой! Ты чего? Я так никогда не сделаю!

— Я тоже. Это для понимания сути. К такому уровню связи мы и стремимся.

К нам подплыл Макар с крайне недовольной физиономией.