Тринадцатый V (СИ)

По мне, идеальное помещение, чтобы сделать себе небольшой кабинет.

Ребята не спешили с ответом, и я их поторопил:

— Ну? Вы уже мертвы, не понимаю, чего стесняться.

— Я пригласил Настю на свидание. Мы учились в одном классе, — с сожалением признался Макар."

"Он выглядел на год младше своей подруги, а значит, она умерла позже. Совсем недавно по призрачным меркам.

— И так и не пришёл, — ответила Настя.

— Да… Потому что умер.

— Ой! Прости… Не знала.

— Лучше скажи, кто тебя убил? — со сталью в голосе спросил у девушки Макар.

Я от него прежде такого тона не слышал.

— Не могу… Ты же захочешь отомстить.

— Так правильно! Признавайся давай!

— Макар, не дави на девушку, — я остановил его порыв, и сам обратился к Насте. — Скажи нам имя, и мы здраво оценим положение этого человека и наши возможности.

— Макар не остановится, — замотала головой Настя.

Она светилась голубым, как и большинство призраков. А вот Макар — белой энергией, которую брал у меня.

— Без меня он не сможет ничего сделать, — заверил я.

Мёртвая подруга Макара думала долгую минуту, но всё же ответила:

— В прошлом году Ларионовы проводили новогодний бал.

И туда приезжал сам император.

Глава 21

Мы с Макаром переглянулись. Он же единственный всегда находился рядом со мной, и слышал весь разговор с Михаилом Годуновым. Жуткая история повторялась.

Но ни я, ни Макар не стали уточнять, что конкретно император сделал с Настей. Но в этот момент во мне проснулась настоящая жажда убийства. Такие уроды заслуживают лишь одну участь — и это смерть. Но, чёрт возьми, как одолеть бессмертного?

Я опасался, что если мой друг узнает ответ, то точно быть беде… Такие новости и мёртвого способны свести с ума.

— Вот, я же говорила.

Ему вы не отомстите, — печально сказала Настя.

Я присмотрелся к её полупрозрачному силуэту. Горло было перерезано, и на шее навечно застыли кровавые подтёки. Но из-за того, что Настя была вся одного цвета, как и любой призрак, это не бросалось в глаза. Юбка была разорвана, тоже в грязи и пятнах. Один рукав у блузки оторван. Вывод был очевиден.

— Как дело замяли? — спросил я.

Потому что главным было узнать, как императору это вообще сходит с рук, и как на него ещё все дворянские рода не ополчились.

— Мой отец — барон Меньшиков, но я незаконнорождённая.

Он так и не признал меня… А значит, и предъявить ничего не мог. По сути, я обычная простолюдинка без прав. Хоть отец и любил меня, но чёрт возьми, все эти дворянские интриги… — девушка отвела взгляд. — Отец не мог меня признать, иначе бы моя мачеха его разорила. Это долгая история, у неё свои связи на верхушке. Да и кто отец такой, чтобы тягаться с императором? Государь же и его убьёт! — слова давались Насте нелегко.

Уверен, если бы призраки могли плакать, то она бы сейчас заливалась слезами.