Элита

Кстати, фотография — отличная идея, — Пётр ободряюще улыбается. — Было бы неплохо сделать твой портрет рядом с одной из аудиторий.

— Аудитория «Перепуганный кролик» бы отлично подошла, — фыркаю я, не в силах перестать ерничать.

Вместо ответа Пётр смотрит поверх моей головы, и улыбка на его лице меркнет. Я машинально оборачиваюсь, чтобы узнать, что послужило тому причиной, — и чувствую резкий тычок в левой половине груди.

В дверях кафе стоит Леон.

Теперь становится объяснимым, почему за неделю я ни разу не повстречала его в университетском кафетерии: он попросту перестал туда ходить, чтобы не наткнуться на меня.

Поприветствовав баристу кивком головы, он оглядывается в поисках свободного стола, замечает нас и… возможно, я выдаю желаемое за действительное, но мне кажется, что его челюсть дёргается.

Как бы то ни было, Леон быстро берёт себя в руки и направляется к нам: разумеется, альфе не по статусу просто взять и не поздороваться.

Девушки за соседними столами при виде него вытягивают шеи, словно сурикаты, начиная азартно переглядываться. Я мысленно язвлю: радуйтесь, что вам не посчастливилось познакомиться с ним ближе, дурёхи, как бы старательно он ни полировал ваш пупок языком, наутро всё равно сделает вид, что ничего не было.

— Привет. — Поравнявшись с нашим столом, Леон протягивает ладонь Петру. Мне достаётся двухсекундное разглядывание и сдержанный кивок. — Чем заняты?

— Обсуждаем с Лией статью, о которой я тебе говорил. — Пётр выглядит слегка напряжённым, словно не уверен, что не является лишним в нашем образовавшемся трио. — Ты теперь здесь обедаешь? Давно тебя не видел.

Взгляд Леона падает на мою ладонь, сжимающую стакан с размашистой надписью «Пётр», и хлёстко скользит по щеке.

— Решил ненадолго сменить локацию. Ты, вижу, тоже.

— В универе слишком шумно, поэтому здесь. Может, присядешь? — Пётр кивает на свободный стул.

— Вряд ли Леон захочет мешать нам обсуждать статью, — выпаливаю я. Пусть и глупо, но мне было важно опередить его отказ, чтобы в очередной раз не чувствовать себя отверженной.

— Да, я зашёл только за кофе, — произносит Леон после секундной заминки. — Хорошего вам дня.

Его брови чуть сдвигаются к переносице, выдавая намёк на то, что моя реплика была ему неприятна. Я искренне надеюсь, что так оно и есть: не у одной мне иметь монополию на дискомфорт и неловкость.

— Между вами какие-то разногласия или мне показалось? — осторожно интересуется Пётр, когда Леон, расплатившись у стойки и забрав кофе, идёт к выходу.

— Никаких разногласий, — моя улыбка скупая и холодная, как октябрьское солнце. — Так солидарны во взглядах, как сейчас, мы ещё не были никогда.

— Понятно.