Это несерьёзно

Микроавтобус ему, если начистоту, очень подходит. Демьян смотрит на меня, а я на него. Он вскидывает руку и дает знак водителю.

Машина трогается.

Глава 50

Когда раньше я видела в витринах подобного кроя платья, никак не могла представить, для какого случая они предназначены. Однотонные, пусть и облегающие, но полностью закрытые и в пол. Теперь думаю, что эти платья предназначены не для особых случаев, а для ужинов с особыми мужчинами.

Демьян знает каждый миллиметр моего тела, и сейчас, когда мы заходим в ресторан, я вижу по глазам, как сильно у него разыгралось воображение.

Знает. Помнит. Скучает.

После допроса и полета, перенервничав, я ощущала усталость, поэтому, оказавшись в квартире одна, — Демьян отлучился по делам, — приняла душ и отдохнула. Он заехал через три часа, пригласил на ужин, и я достала это самое платье.

Открытое и кричаще-сексуальное перед мужчиной, которой не имел возможности коснуться месяцами… выглядело бы дешевой провокацией. В наших отношениях никогда не было ничего дешевого или безвкусного.

Баженов украдкой пялится. Его карие линзы будто обладают суперсилой растворять одежду, и я натуральным образом ощущаю себя обнаженной в переполненном ресторане. А мы оба знаем, как на меня действует стыд.

Мы ужинаем в красивом месте, обсуждаем простые вещи, переглядываемся, при этом иногда то он, то я глаза опускаем. Когда накатывает. Когда тоска невыносимой становится. Мы играем во взрослых и демонстративно игнорируем шпионский триллер, в котором оказались. В какой-то момент я нервно перекладываю вилку, и Демьян накрывает мою руку своей.

— Хочешь десерт? — спрашивает.

Робею. С трудом дышу.

— Нет, а ты?

— Хочу, — произносит быстро, — дома тебя отыметь.

Я вспыхиваю от такой обескураживающей наглости, которая в этом прекрасном заведении, после диалога о креветках, звучит вопиющей дикостью. Демьян слегка улыбается, его слова — хлесткие провокаторы. Сама борюсь с улыбкой и смело отвечаю на взгляд.

— Так отымей.

В разговоре мы используем вульгарные слова, а на деле — нервничаем, как девственники.

Едва оказавшись в квартире, Демьян расстегивает молнию на платье, скользит костяшками пальцев вдоль позвоночника. Я закрываю глаза. Слишком волнительно, слишком хорошо. Следом объятия и поцелуи, кожа к коже. Частое дыхание. Веду языком по его плечу, жадно прикусываю. От моих горячих стонов Демьян срывается на дрожь, когда накрывает меня собой. Пальцы сплетаются. Я хочу хоть на несколько часов получить то, что раньше, в несерьезных отношениях, было в круглосуточном доступе.

Демьян начинает нежно, и в первый раз я едва не плачу от лавины чувств и эмоций. Затем нежность сменяется нетерпением. Мы мало разговариваем, тела все помнят. Движения естественные, удовольствие яркое, жгучее.