Это несерьёзно

Мы пытаемся всё вернуть, но с каждым днем будто глубже закапываем наш брак. Прикинь, я дважды была у психолога на этой неделе. Никогда не думала, что докачусь до такого.

— Я не то спросил. Почему страшно становится при мысли о разводе?

— Марк очень важный человек в моей жизни. Ты уехал тогда и не знаешь, как сложно мне было в универе. Отец давил. Один раз он узнал, что я тайно подрабатываю в кафе, и… был скандал, в общем. Он ждал успехов в науке, а «единственная дочь напялила короткую юбку и разносила еду». Мне было одиноко. Сейчас будто также. Прости, что вывалила на тебя. у меня Иногда такое ощущение… — Затягиваюсь и выпускаю дым изо рта и носа. — Что я… боже, я вышла замуж за своего отца.

— Прости за вопрос. А в сексе у вас как?

— Нормально. Тут всё нормально, — прерываю поспешно.

— Если так, то выкарабкаетесь, я думаю.

— По-твоему, секс настолько важен?

— По-моему, да. С Янкой мне было совершенно не о чем разговаривать, но я пиздец как по ней скучаю, если ты понимаешь, о чем я.

Улыбаюсь. Вот она. Пьяная откровенность.

— Еще бы, я ж вас видела.

— Все-таки видела.

— Все-таки да.

— Бля-я-ядь, — тянет Демьян, откинувшись на руки. — Стыд-то какой!

Я смеюсь, сама украдкой любуюсь им. Тем, как выглядит в этой дорогущей рубашке. Как расслабленно себя ощущает, плавно двигается.

— Прости. Туфля застряла в дверном проеме, я пыталась, но никак не могла ее пропихнуть. Это длилось минуты. Я ее и так и эдак, а вы все это время… Боже, не хочу вспоминать.

Он зажмуривается и повторяет:

— Блядь!

Пьяно. И так громко, что рядом сидящий голубь бьет крыльями и взлетает. Хохочу! Без сил падаю на крышу. Мы ложимся на спины и смотрим в небо.

— Прости. Яна и правда очень сексуальна, — произношу медленно. — Безумно.

— Да. — Демьян затягивается и выдыхает дым в сторону.

— И горяча.

— О… да-а.

Мы как-то синхронно поворачиваем головы друг к другу. Глаза в этот момент встречаются, в его — мелькает что-то нехорошее. Какая-то мысль или воспоминание. Волоски тут же дыбом встают, я тону в путаных, неправильных мыслях, которые даже самой себе прояснить не готова.

Как давно у него был секс, если они расстались? Мы здесь совсем одни.

Сердце качает кровь по венам. Пальцы покалывает. Мне холодно, но я лучше умру сейчас, чем прижмусь к Баженову снова. На всякий случай быстро разрываю зрительный контакт.

— Ты ей понравилась, — продолжает Демьян, и по тону понятно, что речь не о том, что я приятна как собеседник.

— Ей нравятся девочки?

— Да, еще как. В этом мы с ней совпадали: мне девочки тоже очень нравятся.

Это его «очень» вызывает озноб по телу. Моя юбка слишком короткая. Как хорошо, что Баженов друг. Просто друг.

— Ты ей изменил, что ли?

— Нет.