Это несерьёзно

Соски напрягаются от такого прямого внимания и оттягивают майку.

— Покажи, а? — просит он.

— Мечтай, — выдаю все пренебрежение, на какое только способна, молясь, чтобы бро не увидел мою на него реакцию. Иначе просто умру от стыда.

Баженов, к счастью, ничего не замечает. Допивает вино.

— То есть беспорядочную еблю, которую себе напланировала, ты решила начать с обнаженной фотосессии? — продолжает шутливо подкалывать."

"— С чего-то же надо. На самом деле, мы тут с Катей болтали и выяснили, что я даже на сайте знакомств зарегиться не могу, потому что нет приличных фотографий. Те из Питера, которые ты делал, и всё. Поэтому я решила устроить себе фотосессию. Необязательно будет раздеваться, как пойдет.

Он прочищает горло.

— Ты уверена, что уже пора? — уточняет абсолютно серьезно.

— Мне хочется флирта, — отвечаю честно. — Просто флирта, а дальше по обстоятельствам. Я… очень давно не ощущала себя женщиной, если ты понимаешь, о чем я. Очень давно, Демьян.

— Я пойду с тобой, если фоточки покажешь, — вновь шутит он.

— Если удачные получатся. В пятницу, когда в Москву за вещами полетим. Ты не передумал?

— Не передумал, пятницу я освободил для тебя. Мне все равно в выходные в «Солар» надо.

— О! Передавай Равским привет. Они мне понравились.

— Мне, в общем, тоже нравится эта семья. Хотя Алекс не особо понятен.

— В плане?

— Что-то с ним не так, не могу уловить.

— Может, с ним все… так?

— Взламывать этого чела опасно, он просечет, но почему-то кажется, там ничего и нет спорного, что можно было бы использовать. — Демьян посмеивается. — Ставлю тысячу баксов, он даже порно не смотрит: дрочит на фантазии о собственной жене.

— Это ми-ило, — тяну я.

— Не знаю-не знаю. У всех есть косяки, сбои какие-то, иначе это был бы не человек, а написанный алгоритм. Равский слишком нестандартен, чтобы существовать в системе, но он в ней, блин, успешно существует. Как?!

— Как и ты.

Качает головой:

— Что со мной не так, я знаю.

— А что не так со мной?

Он смотрит на меня, и я, отчего-то смутившись, убираю волосы за уши.

Он смотрит.

Глаза отвожу, стушевавшись. Баженов все еще палит неотрывно. В такие минуты, когда вектор его заинтересованности направлен на меня, понятия не имею, куда деть руки, да и самой деться. Совсем я разучилась дружить с людьми за годы брака.

Наконец, его хакерское мрачнейшество соблаговоляет ответить:

— Тебе разрешается быть загадочной.

Поднимаю взгляд и улыбаюсь. Демьян по-прежнему сверлит меня своими пустыми глазами, а я шепчу:

— Не представляю, что бы без тебя делала.

Он вдруг как будто сдается. Глубоко вздыхает и начинает подниматься.

— Переживем и мою никотиновую ломку, птенец, и твой развод, вот увидишь. Прорвемся. Мне нужно ехать, планы еще.

— Половина двенадцатого.