Фактор превосходства

Трофейные новинки, добытые напарниками, некоторое время держались на коже, как приклеенные, а затем исчезли, словно растворились, нельзя было понять, испарились ли они в самом деле или «сели» поверх прежних процессоров.

– Не знаю. Может, мы их просто потеряли?

– Не потеряли, – покачал головой Тони. – Я чувствую, что он на старом процессоре.

И Тони прикоснулся пальцем к тому месту, где мог находиться водородный процессор.

Неожиданно его сознание расширилось настолько, что Тони увидел всю жилую станцию, длинные коридоры до самого штаба бюро, и все это в мельчайших подробностях, от шершавой поверхности стен до обрывков старой проводки, оставленной в углах после последнего капитального ремонта.

Теперь Тони знал, какова длина каждого обрывка провода вплоть до микрона, а также ему был известен химический состав самого провода и его изоляции. А еще он одновременно мог вспомнить, как подглядывал в школьном душе за соседкой по дому, и чувствовать запах солдатского одеколона, которым пользовался сержант Рихман с базы двадцать четыре на Ниланде. И все это было лишь стомиллиардной долей того, что Тони теперь видел, помнил и знал в реальном времени – здесь и сейчас! Он был повсюду, он все понимал, и не было необходимости на чем-то сосредоточиваться и что-то вспоминать.

Удивительное наваждение ушло так же неожиданно, как и появилось. Тони обнаружил, что снова находится в их с Джимом жилой комнате, а напарник все так же сидит за обеденным столом и ошалело глядит в стену напротив.

Вдруг Джим резко поднялся, нервно прошагал по периметру комнаты, случайно перевернул стул, но даже не заметил этого.

– Ты тоже видел? – наконец спросил он, останавливаясь напротив Тони.

– Видел…

– И… что это было?

– Думаю, это было включение процессора. Нас предупреждали, что он не держит частоту.

– Мы не задавали ему никакой частоты, Тони! – взволнованно воскликнул Джим. – Он что, сам будет решать, когда ему включиться?

– Получается, что так, – пожал плечами Тони.

– Что ты успел запомнить?

– У меня было ощущение, что я знаю все.

– И у меня, – кивнул Джим. – Теперь я понимаю, почему канкурты так боялись этого процессора.

Джим сел, и они какое-то время молчали.

– Мне показалось, что Эвистера заменяют на какого-то… Джуньерса, – сказал вдруг Тони.

– Джеббса, – поправил его Джим. Они с Тони встретились глазами и снова замолчали, подавленные. Непонятно было, стоило ли радоваться этим обретенным возможностям, пока непонятным и неподконтрольным.

– А ведь к нам завтра девушки приезжают, – вспомнил Джим.

– И чего?

– Не знаю.

Под дверью поскребся дворецкий.

– Входи, Макинтош! – разрешил Тони, в очередной раз меняя слуге имя.

Открылась дверь, и появился робот-помощник.