Война за мобильность: Наследие исполинов

Скотч вдруг осекся, приподнял брови и уставился на Гурму.

— Слушай, — внезапно осенило его. — А может, Семенов — как раз его телохранитель, а?

— Человек телохранитель перевертыша? — усомнился Валти, косо глядя на Скотча. — Ты, босс, фантазируй, да не зарывайся. Это все равно как если бы ты взял в телохранители моего шестилетнего племянника…

— Перевертыш легко может прикинуться человеком, Валти. Не забывай. В крайней форме метаморфоза различия возможно установить только лабораторным путем.

— Эй, мальчики, хватит спорить, — вмешалась Гурма. — Я, конечно, не специалист по охране, но не думаю, чтобы телохранитель мог себе позволить в течение полета большую часть времени проводить в каюте, взаперти, в то время как его подопечный вовсю разгуливает по лайнеру, не вылезает из баров и часами просиживает перед игровыми автоматами в компании, в общем, далеко не безупречных типов.

Скотч подумал, мысленно согласился и вздохнул:

— Ладно, убедила. С выводами спешить не станем, но возьмем на заметку. Безопасникам, говоришь, про этого Санта-Клауса ты уже сообщила?

— Про Нути-Нагути? Да, сообщила.

— Кому конкретно?

— Нашему корабельному представителю.

В присутствии капитана лайнера.

— Это хорошо! — похвалил Валти и обратился к Скотчу: — Можем не дергаться, если что, сверху на тебя моментально выйдут.

Скотч знал, что однажды Валти имел честь вляпаться в довольно мутную и запутанную историю с соглядатаями-нелегалами из доминанты Тсурры и какое-то время тесно сотрудничал с земной контрразведкой.

— Да я и не дергаюсь особо… — пожал плечами Скотч. — Давай дальше, Гурмочка.

Психологиня, машинально поправив прическу, вновь углубилась в анализ:

— Денис Воронцов, тридцать локальных, подданный и житель Офелии.

Этот, братцы, просто беда. Заносчивый, резкий, самовлюбленный и самоуверенный… в общем, именно то, что называют «пальцы врастопырку». Тащит с собой уйму снаряжения, все безумно дорогое и, на мой взгляд, довольно бестолковое. Склонен всех поучать, а если не внимают — принуждать к учению силой. Во время полета дважды сцепился с Цубербюллером, в принципе — оба раза вничью. Однажды наехал на Подоляна, тот сразу дал задний ход и занял подчиненное положение. Неоднократно пытался задеть Семенова, но Семенов просто глыба! Остался ко всем выпадам равнодушен и не ответил ничем. Последние дни у Воронцова, мне кажется, сформировалась идея фикс Семенова все-таки достать.

— Блин, — искренне огорчился Скотч. — Значит, понтарь… Только сегодня пил за то, чтоб в группе понтарей не оказалось…

— Они всегда находятся. Скотче, — философски заметил Валти. — Не переживай, обломаем в лучшем виде! Макнем пару раз в болото, выпустим виверне в клешни или к сольпугоиду на свидание сосватаем.