Война за мобильность: Наследие исполинов

Люди вообще больше других рас любили и использовали малые корабли — видимо, из неистребимого индивидуализма и стремления почти каждого из землян покомандовать хоть кем-нибудь и, желательно, свести к минимуму число тех, кто командует тобой.

Когда утихли последние масштабные стычки давней войны и самой серьезной силой, противостоящей военным, стали пираты с контрабандистами, к Солнечной системе сошлись пять частично потрепанных флотов и договорились не делить пирог на ломти, а объединиться в цельную группу. Как ни странно, единого командования группой так и не сложилось.

Адмиралы предпочли безраздельно повелевать каждый своей епархией, а глобальные решения вырабатывать коллегиально. К счастью, ни единого стратегически важного глобального решения не требовалось принимать уже больше ста локальных лет.

Но все когда-нибудь приходится делать впервые. К этому времени четырьмя флотами руководили уже совершенно другие люди, и лишь флотом «Африка» — по-прежнему Чиль Онте, несгибаемый сухонький адмирал, принявший командование еще тридцатидвухлетним боевым полковником. Добрая половина органов у него была заменена на искусственные — возраст есть возраст.

Но Чилю светило активно работать еще лет Как минимум тридцать — сорок: Огромный опыт, острый и цепкий ум плюс давние и весьма разветвленные связи в самых верхах коридоров власти автоматически делали его неписаным главой адмиральского совета. Чилю даже не приходилось отдавать приказы — он лишь выражал мнение, с которым не соглашаться было верхом глупости.

Флоты «Африка», «Америка» и «Антарктида» большею частью дислоцировались ближе к Солнцу, не дальше Марса и пояса астероидов. «Австралия» контролировала периферию — от Юпитера и до границ Системы.

«Евразия», самый многочисленный и лучше всех оснащенный, болтался далеко за пределами как Системы, так и плоскости эклиптики, нередко подолгу оставаясь у ближайших звезд — троицы из Центавра, звезд Барнарда, Вольфа-369, Лаланда 21185 и обоих Сириусов.

Нежданного гостя первым засек дальний пост наблюдения невдалеке от звезды Росса-128. В лоцируемом секторе вспухла финишная сфера в режиме форсажа — гость явно спешил. Судя по размерам, финишировал корабль не более стандартного полукорвета или поискового рейдера, не важно, гражданского или военного.

Обработанные данные пост тут же передал на патрульный разведывательный монитор «Ракша».

— Ишь ты, — пробормотал вахтенный офицер монитора по имени Дариуш Марямуца, оценивая темп нарастания возмущений. — Во несутся!

Второй вахтенный, унтер Раджабов, промолчал, неодобрительно глядя на экраны. Очень не любил унтер Раджабов, когда спокойное течение вахты чем-нибудь нарушалось.

— Высота, я Кернел, у нас тут гости! — доложился Маримуца начальству.