Фэнтези 2006

 — К нашим родным скалам!

— В рваных камзолах и золотых цепях, ой-йе, с дырявыми карманами, что набиты самородками… проклятье, как там дальше?!

— Я тоже не помню!

— Вот гадство… а что помните?

Монах задумался.

— Тан Хон-Гиль-Кон собирал в поход, — затянул он, — эскадрон малаширских гусар. Тан Хон-Гиль-Кон был бабник и мот, казну полковую…

Кортик был направлен умелой рукой и запросто мог бы вонзиться в намеченную цель — спину тана Расконы чуть пониже левой лопатки. Мог бы — если б не сгорел в заботливо выставленной братом Агероко «огненной кольчуге» второго уровня.

— Бей! Бей их!

— А-а-а-а!

Последний вопль издавали четверо бандитов, в которых били срывающиеся с рук монаха трескучие рыжие молнии — там, где эти молнии касались одежды или плоти, вспыхивало пламя.

Еще один разбойник упал навзничь, получив пулю прямо в лицо. Оставшиеся пятеро…

— Вы же сказали, что их восемь!

— Я сказал «не меньше восьми»!

— А-а, каналья!

Возглас монаха предназначался ловкому разбойнику, сумевшему не просто уклониться от брошенного Агероко заклятья, но и ударом каблука вышибить из дороги добрых полпуда песка, большая часть которого угодила прямиком в глаза монаха.

Правда, мигом позже не успевший вскочить разбойник оказался пришпилен к дороге шпагой Диего, но четверо его друзей…

Точнее, трое, мысленно поправился маленький тан, глядя, как четвертый бандит — каррасец, судя по длинным усам и вышитой безрукавке, — роняет шпагу и пытается ухватить захлестнувший его шею кнут.

Еще один нападавший молча повалился вперед, явив при этом взору маленького тана — и своих оставшихся пока еще в живых собратьев — жуткого вида рубленую рану поперек спины.

Раскона не смог удержаться от восхищенного присвистывания — он-то хорошо представлял, сколь непросто нанести подобный удар тонким тарлинским клинком, а именно тарлинская шпага сверкнула в руке их нежданного союзника.

Вернее — союзницы. Ибо немногие женщины рискнут облачиться в мужской наряд — но вряд ли по эту сторону океана сыщется мужчина с пеллой [13].

Восхищение, впрочем, ничуть не помешало маленькому тану аккуратно проткнуть горло предпоследнего разбойника. Последний негодяй, оценив явное численное превосходство противников, дико взвизгнул и бросился наутек.

Ему удалось пробежать четыре шага — затем раздались короткое шипение, глухой удар, и бегущий упал.

— Интересно, — задумчиво произнес Диего, — где же учат так ловко метать картахайские ножи-бабочки?

— В бродячем цирке! — отозвалась их спасительница, наклоняясь, дабы выдернуть упомянутый нож из трупа.

Сейчас маленький тан наконец получил возможность рассмотреть её.

На вид женщине было лет двадцать с небольшим, но, подумав, Диего поднял мысленную планку до двадцати пяти, а то и двадцати шести.