Фэнтези 2006

— Святые Угодники! Да ведь Кондратьич еще более сумасшедший, чем этот несчастный! — воскликнул Алфимов.

Одного из охранников стошнило…

Обратный путь мы проделывали с новым попутчиком — Фокусником, чемодан с останками которого невезучим солдатам во второй раз пришлось тащить на себе.

В крепости выяснилось, что поиски Юрковского ни к чему не привели, хотя дежурный караул готов был поклясться, что начальник тюрьмы не покидал пределов Зеленых Камней.

Алфимов приказал прочесать крепость еще раз, но более тщательно. Мне же предстояла довольно неприятная процедура подготовки останков Фокусника для последующей отправки в город.

К тому времени у меня был уже довольно значительный врачебный опыт (равно как и связанный с теми, кому уже ничем не помочь), но все-таки мне едва не сделалось дурно, когда я вынимал окровавленные куски трупа из неприятно пахнущего болотом чемодана. Даже не верилось, что это были останки человека, с которым мы разговаривали несколько дней назад. Почему же Юрковский совершил такое кошмарное преступление? Что между ними произошло за последние дни?

Мои раздумья прервал зашедший в лабораторию Алфимов.

Увидев содержимое чемодана, он поморщился и отвернулся.

— Есть новости? — спросил я его.

Алфимов отрицательно помотал головой.

— Вряд ли городским докторам удастся опознать его личность, — произнес он и сделал кивок в сторону чемодана."

"— Да уж, Николай Кондратьевич постарался на славу, — невесело усмехнулся я. — Могу поспорить, его и родственники теперь не узнают.

— Если у подобного типа вообще могут быть таковые, — предположил Алфимов и снова заставил себя взглянуть на останки: — Невеселое занятие, верно, Михалыч?

— Угадал, — согласился я.

— Кстати, ты не против, если я отвернусь? — добавил он. — Боюсь, как бы не вытошнило.

Я понимающе кивнул и вернулся к своему неприятному служебному долгу.

— Эта поганая история когда-нибудь закончится? — спросил Алфимов через некоторое время.

— Остается только надеяться на это, — ответил я, выуживая из чемодана разрубленную пополам ступню правой ноги.

— Нехорошо, конечно, про покойника, — продолжал Алфимов. — Но сколько дров этот сукин сын успел здесь наломать! Кондратьич же — какой человек был! Таких еще поискать.

Неужели он свихнулся после разговоров с этим дьявольским отродьем? И куда он подевался, черт возьми? Отыскать бы его до того, как он натворит еще что-нибудь…

— Представляете, как он был опасен? — Общение хоть немного отвлекало меня от пренеприятного занятия. — Если даже способен был влиять на людей через зарешеченное окошко… Я уже неоднократно думал обо всем этом, — признался я.

— А кого же это не мучает, — подтвердил Алфимов.