Фэнтези 2005

Однако ему понадобилось еще целых три дня упорных тренировок, прежде чем на четвертый день он — мысленно — успел к обеду вырастить и собрать урожай, обмолотить его, ссыпать в мешки и сложить на тележку. Что ж, очень, очень хорошо, великолепно! Однако, не останавливаясь на достигнутом, усталый, но очень довольный собой Дваждырог мысленно вывел из хлева козу, запряг ее в тележку, а себя посадил на мешки и велел осмотреться с видом усталого, но гордого победителя. Вокруг него — опять же мысленно — стояла золотая осень. Дваждырог ловким движением мысли сорвал с ближайшего дерева красивый желтый лист, с форсом наколол его на левый рог, после мысленно махнул кнутом…

И в одно мгновение выехал из долины, остановился возле мельницы, смолол зерно — и очутился на базаре в большом и шумном городе. Там он, не торгуясь, быстро продал муку, а на вырученные деньги целый вечер мысленно катался на каруселях, ел леденцы и эскимо, потом сходил в цирк, за чашкой чая посидел с друзьями, потом — все так же мысленно — отправился в обратный путь…

И очнулся у себя на крыльце. Вечерело. Радостно улыбаясь, Дваждырог плотно поужинал, затем включил керосиновую лампу и всю ночь напролет листал, а местами подробно читал «Географию». Он выбирал, куда бы это ему теперь отправиться. А что?! Теперь ведь ни время, ни расстояния не были ему преградой. Он теперь независим от Главных Вселенских Часов; он может полететь на Остров Говорящих Птиц, может отправиться в Страну Волшебников, на Реку Мудрости, в Лес Диковинных Снов… Правда, это будет происходить лишь в его воображении, но разве этого мало?! И он был счастлив. Одно лишь тревожило Дваждырога: что будет с ним, если вдруг починят Вселенские Часы? Придется ли ему опять, как и в прежние годы, пахать? Нет, Дваждырог не боялся работы; он просто очень опасался, как бы с приходом Времени его не покинуло Воображение.

ВЕЩИЙ МЕШОК

Вот отслужил солдат службу — двадцать пять лет, три месяца и восемь дней, — и говорят ему:

— Иди в отставку.

Служба есть служба, приказ есть приказ. Пошел он к каптенармусу. Каптенармус взял тетрадь в телячьем переплете, записал служивого в чистый расход и выдал ему сапоги, мундир, шинелку и треух — все новое, никем не ношено — и вещмешок для трофеев. Переоделся солдат, начистил кирпичом отважную медаль, усы и сапоги нафабрил, купил у маркитантки полведра кислянского, боевых товарищей уважил, с взводным обнялся, ротному руку пожал, генералу в окно козырнул — и был таков."

"Идет солдат по дороге, пылит сам не знает куда. Сестры его замужем, родители в могиле — значит, дома делать нечего. А больше на всем белом свете никого у него нет.