Фиктивная жена авторитета

Я встаю без особого энтузиазма. Иду в ванную, чищу зубы и умываюсь. Переодеваюсь в принесенную мамой одежду и вместе с ней выхожу из номера. Вчерашних гостей внизу и правда много. Они весело галдят, развлекаются. Стоит мне только появится, как все замолкают и устремляют на меня свои взгляды. Они не добрые и не злые, скорее даже равнодушные, а некоторые заинтересованные.

Я вымученно улыбаюсь, прохожу к столу, за которым одетый с иголочки сидит Рустам. Он ушел из номера давно. В этом же костюме, рубашке и галстуке. Судя по его внешнему виду — он прекрасно выспался. Или же это мне нужно много усилий, чтобы выглядеть шикарно, а ему только умыться, если он, конечно, сделал хотя бы это.

Завтрак происходит в какой-то гнетущей тишине. Мы Рустамом практически не разговариваем, хотя он спрашивает, как мои дела, хорошо ли я себя чувствую и не болит ли у меня ничего после вчерашнего.

И от этих слов напрочь пропадает и без того отсутствующий аппетит. Я откладываю вилку и нож в сторону. Смотрю на теперь уже мужа и пытаюсь разглядеть в нем того человека, в которого влюбилась.

Внешне он прежний. Тот же Рустам с правильными чертами лица, густыми бровями и ресницами, цепким взглядом и слегка пухлыми губами, но вот в остальном.

Я отчего-то решила, что он — тот самый мужчина-мечта с обложки.

Идеальный, заботливый, сопереживающий.

Но оказывается, что он совсем другой.

Жестокий, циничный и беспринципный. Он тот, кто с легкостью может оставить девушку в беде, не моргнув и глазом.

Не герой, а…

Додумать не дает резко стихнувший гомон. Я оборачиваюсь. Наталкиваюсь взглядом на тетю Аишу и дядю Карима. Удивляюсь, что они заходят в ресторан с высоко поднятой головой и единственное, что выдает их — слегка опухшее лицо и красные глаза тети Аиши.

А вот дядя Карим и вовсе выглядит, как ничего не случилось.

Они здороваются со своими соседями по столу, улыбаются. Кажется, тетя Аиша слегка натянуто, но в остальном, будто все в порядке вещей.

Я отворачиваюсь. Знаю, что они это не по своей воле, просто нужно держать лицо. И я стараюсь не думать о том, что им, вообще-то, вообще стоило сюда не приходить, а попытаться найти этого Абдулова.

— Дария, — голос Рустама звучит строго.

Я сглатываю, перевожу свой взгляд с полной тарелки на мужа.

— Ничего уже не сделать. Даже если Роман согласится отдать Амину, ее родители не примут ее обратно.

— Что?! — резко переспрашиваю. — Что ты такое говоришь?

— Правду, — он хмыкает. — Если не веришь — спроси у них сама."

"Я бы подошла прямо сейчас, но остаюсь сидеть на месте. Жду, пока гости, распрощавшись, не разъедутся. И только тогда, уловив момент, подхожу к тете Аише. Она, мягко улыбнувшись, гладит меня по руке. И кажется, что с такой болью во взгляде, от которой физически становится очень тяжело.