Флэшбэк

— Ладно, — сказал Киф, наклоняясь ближе, — я почти уверен, что не получу честного ответа на этот вопрос, но все равно начну с него: как ты держишься?

— Я в порядке.

Он приподнял бровь.

— Я в порядке! Лечение уже работает. С каждым днем мне становится все лучше. Больше никаких регрессий. Больше никаких кошмаров.

— Круто. Как насчет того, чтобы сказать правду?

— Это правда.

Это была не вся история.

Но она должна была оставаться позитивной, а это означало, что она не могла думать о том, что застряла в одной и той же позе на одной и той же койке, уставившись на одни и те же четыре стены больше недели.

И она определенно не могла думать о том, что Элвин понятия не имел, сколько еще пройдет времени, прежде чем она сможет уйти… или сколько недель после этого она все еще будет лежать в постели, или нянчиться со своей глупой правой рукой, или принимать успокоительные каждую ночь, чтобы ее сны не блуждали туда, где она не могла справиться. Он даже привел Ливви, и они придумали совершенно новый подход к лечению. Но до сих пор это не имело никакого заметного эффекта… за исключением того, что означало употребление десятков и десятков отвратительных эликсиров.

— Ладно, новый план! — сказал Киф, вскакивая. — Как только Лето уйдет домой на ночь, мы вытащим тебя из этой комнаты… и прежде чем ты скажешь мне, что тебе нельзя двигаться, не волнуйся. Ро будет очень осторожна, пока несет тебя.

— НЕТ! — рявкнул Элвин.

— Ты не сможешь меня остановить! — прокричала Ро. — И не волнуйся… могу быть нежной, когда захочу. Я подумала, что мы могли бы сделать несколько анализов ДНК с моими любимыми амебами. Убедиться, что все сопляки, которые пытались достать меня, когда впервые попала сюда, знают, что я их не забыла.

— А потом мы совершим набег на секретную столовую, где они прячут все изысканные десерты для Наставников, — добавил Киф.

В животе у Софи заурчало, и она дала себе три секунды на то, чтобы представить, каково это… ползти по мерцающим коридорам, когда они пусты, тихи и темны, и видеть все скрытые места, которые обнаружил Киф.

Но…

— Не тряси своей очаровательной головкой, Фостер, — сказал он, прежде чем она успела вымолвить хоть слово. — Очевидно, тебе нужна моя помощь. Ты была в кампусе одна всю ночь, каждую ночь, и ты не вызвала ни малейшего хаоса.

Неужели ты не понимаешь, что у тебя есть шанс превзойти Великого Гилона… или, по крайней мере, попытаться, поскольку ничто не может превзойти такого гения?

Это говорило о том, что она слишком устала, чтобы расспрашивать о его позорной выходке.

— Поверь мне, — сказала она. — Никто не хочет уйти отсюда больше, чем я. Но я не собираюсь рисковать, разрушая прогресс, достигнутый на руке… не после всего, через что я прошла, чтобы зайти так далеко.