Флэшбэк
В этой незабываемой седьмой книге Софи должна позволить прошлому и настоящему слиться воедино, потому что самые смертоносные секреты всегда стираются.Софи Фостер не знает, чему (или кому) верить. И в игре с таким количеством игроков худшей ошибкой может быть сосредоточение внимания на ложной угрозе.Но когда Невидимки доказывают, что Софи гораздо более уязвима, чем когда-либо представляла, она понимает, что пришло время изменить правила. Ее мощные способности до сих пор могли только защищать. Чтобы противостоять безжалостным врагам, она должна научиться сражаться.К сожалению, боевая подготовка не может помочь любимому другу, который сталкивается с совершенно иной опасностью… где единственное решение связано с одним из самых больших рисков, которые когда-либо принимали Софи и ее друзья. И отвлечение внимания может быть именно тем, чего ждали злодеи.
— Ты будешь жить рядом с ним. И ты сможешь контролировать общение с ним.
— Будто это имеет значение, — пробормотал Фитц.
— Немного, — признала Биана. — Но ты должен был предупредить нас об этом до того, как мы пришли.
Делла заломила руки.
— Да, ты права. Извините.
— Мы подумали, что вам будет легче услышать это от Совета, — объяснил Олден.
— Нет, ты думал, тебе будет легче, — возразил Фитц. — Ты не хотел, чтобы мы знали, что происходит, пока не станет слишком поздно, чтобы остановить это.
— Ты не смог бы остановить это, — заверил его Олден. — Совет уже принял решение. Если бы мы не позволили им воспользоваться Эвергленом, они бы нашли еще какое-то место.
— Для меня прекрасно! — прокричал Фитц.
— Не знаю, — вмешался Киф. — Не лучше ли тебе присмотреть за Альваром?
Фитц накинулся на него.
— Ты на их стороне? Поэтому ты просто сидел и говорил о своих дурацких волосах?
— Хорошо, во-первых? Мы оба знаем, что мои волосы потрясающие, — сказал Киф с самой огромной ухмылкой. — И второе: они не освобождают твоего брата. Ты слушал Дизнея? Я уверен, если Альвар вздохнет слишком тяжело, Декс его грохнет.
— Даже не заставляй меня начинать с Декса, — пробормотал Фитц.
— Знаю, — тихо сказала Биана. — Не могу поверить, что он знал об этом неделю и не сказал нам.
Софи открыла рот, чтобы защитить Декса, но проглотила слова. Она могла сказать, что Фитц и Биана не были готовы их услышать.
Фитц, должно быть, заметил, потому что повернулся к ней.
— Только не говори, что ты не против.
— «Не против» — не то слово, — пробормотала она. — Думаю… это трудный выбор.
— Трудный выбор, — повторил Фитц. — И это все? Я думал, что после всего этого, мы будем на одной стороне.
— Мы на одной стороне, — пообещала Софи, потянувшись к нему.
Он дернулся прочь.
— Нет, мы…
Киф встал между ними, положив руку на плечо Фитцу.
— Ладно, как твой лучший друг, я должен остановить тебя. В противном случае ты превратишься в ярость-монстра, как всегда делаешь, и наговоришь кучу вещей, которые будет очень трудно вернуть. И мы оба знаем, что ты не хочешь делать это снова. Особенно для Фостер.
Софи не знала, что делать с последней частью или с тем взглядом, которым обменялись Киф и Олден, но она почувствовала облегчение, когда это, казалось, сработало. Она не видела Фитца таким злым с тех темных дней, когда разум Олдена был разрушен, и потребовалось время, чтобы их дружба восстановилась.
— Думаю… нам всем нужно остыть, — сказала Делла, чтобы нарушить тишину. — Почему бы нам не пойти домой и…
— Нет.
Голос Фитца был таким холодным, что у Софи даже кожу покалывало.
Олден вздохнул.
— Хорошо. Прогуляйся немного. Мы будем ждать тебя в Эверглене, когда будешь готов.
— Ну, тебе придется долго ждать.

















