Флэшбэк

В следующий миг она уже шла по мерцающему пруду, окружавшему огромное дерево, которого раньше здесь не было. И когда она подошла ближе, то поняла, что арочная дыра в стволе создает тропинку, которая ведет вниз в грязную почву, петляя вокруг древних корней и исчезая под землей.

— Кажется, я нашла! — закричала она. — Знаю, что деревья обычно у гномов, но…

— Гномы не единственные, кто полагается на прочность леса, — сказала Тарина прямо за ее спиной, напугав Софи так сильно, что та чуть не упала.

Фитц схватил ее за плечи.

— Прости. Мы последовали за тобой, когда ты исчезла, и я подумал, что ты могла слышать, как мы плескались.

Но звук здесь какой-то странный.

Так и было.

Воздух, казалось, поглощал их голоса, что, должно быть, было еще одной частью иллюзии, скрывающей улей.

— Нам надо спешить, — сказала Тарина, направляясь к тропинке. — Мы обычно держим транспортные капсулы в задней части улья, так что некоторые из них все еще идут впереди нас.

Конечно, они так и делали.

Потому что ничто не может быть быстрым или легким… даже когда на кону жизни.

— Что мы должны знать прежде, чем войдем туда? — спросил Фитц.

— Да, — ответила Тарина. — Ничего не трогайте.

Это оказалось простым правилом, которому нужно следовать.

Улей был сделан из липкой грязи, покрытой вонючими биолюминесцентными грибами, которые заполняли огромную пещеру тонким сине-зеленым свечением. А стены представляли собой длинные ряды штабелей отсеков… что-то вроде сот. Каждая клетушка была отгорожена толстой слизистой мембраной. А внутри?

Это действительно было похоже на что-то из области фантастики.

Детеныши троллей плавали в каком-то зеленом желе, напомнившем Софи гель алоэ вера, которым ее человеческие родители мазали солнечные ожоги, только наполненные крошечными пузырьками с мягким белым свечением.

Несмотря на то, что тела троллей были наполовину согнуты, они возвышались над Тариной, их мускулы вздувались и покрывались темными венами.

Некоторые из них двигались, растягиваясь вдоль своих барьеров и заставляя мембраны сочиться молочной жидкостью на каменный пол. Другие сидели с открытыми глазами, уставившись в пустоту… или, может быть, на все вокруг. Софи не хотела знать этого. Она знала только, что звери могут вырваться в любую секунду, и была очень рада, что детей Силвени будут содержать где-то в другом месте.

— Это только мое ощущение, или здесь очень душно? — спросил Фитц, поправляя ворот туники и махая рукой.

— Наши дети процветают в тепле, — объяснила Тарина. — Раствор, в котором они развиваются, держится на ста пятидесяти градусах… слишком жарко для ваших хрупких эльфийских тел.

— Это не будет слишком жарко для аликорнов? — удивилась Софи.

— Вероятно, нам придется приспособиться.