Физика любви

Тренер выглядит очень довольным, говорит, что гордится нами, и оставляет разбор игры на потом, чтобы мы могли отметить хороший матч. Напоследок он ласково и неумело треплет меня по голове.

Внутри меня все ликует. И, оглядевшись, я даже успеваю заметить мамины нелепые кудри. Видимо, она смотрела матч из окна в коридоре и теперь поспешила скрыться.

Когда мы со Светой возвращаемся в раздевалку, девчонки из соседней школы уже переоделись, и мы сталкиваемся в дверях. Они окатывают нас ледяным презрением, а Манкова весело кричит:

– Сори, девчат, зато вы красивые!

И я закатываюсь нервным смехом. Мне все равно, что они подумают, но я чувствую, что с каждым безудержным смешком из меня уходит напряжение сегодняшнего дня. В конце концов, хватит вечно переживать о том, что подумают другие!

Мы со Светой надолго зависаем, наперебой обсуждая моменты игры. Когда она уходит принять душ, в раздевалку заходит Оливка.

– Яна, я так за тебя рада, – она порывисто меня обнимает.

– Брось, – ворчу, – я же не одна играла.

– Ты была просто как богиня, честное слово. Мне кажется, Паша и Андрюша оба от тебя без ума, с двух сторон мне в уши восторгались.

– Ага, стоило сыграть одну игру, чтобы меня заметили. А до этого полтора года всем было удобно меня игнорировать.

– Ян, да ну их. Ты просто молодец, вот и все.

Я оттаиваю, глядя в ее добрые глаза:

– Да, извини. Спасибо.

– Вы теперь куда? Отмечать?

– Мы идем в «Четыре кота», – Манкова выходит из душа, на ходу вытирая голову, – ты с нами? Я Света, кстати.

Настя представляется и переводит на меня неожиданно робкий взгляд:

– Не знаю. Ян, ты не против?

– Сдурела? – я удивленно поворачиваюсь к подруге. – Идем, конечно.

– Тогда я маме позвоню, – щебечет Оливка радостно, – жду вас в холле."

"Я тоже решаю предупредить маму, но в нашей коммуникации все намного проще, так что я пишу ей СМС:

Иду с ребятами праздновать в Четыре кота. Видела тебя на игре, понравилось?

И тоже бегу в душ, потому что кожа от пота вся липкая, и мне ужасно хочется смыть это ощущение.

Мне хватает минуты чтобы ополоснуться. Волосы я, конечно, не мочу, на улице холод, а они у меня не такие короткие, как у Манковой. Пока вытираюсь, в дверь стучит Света и что-то глухо бубнит в щель.

– Не слышу, – ворчу я, – выйду и скажешь.

Но когда открываю дверь, то и сама все вижу. В раздевалке сидят наши парни. Раскрасневшиеся и довольные. Все уже переодетые и с вещами. Только Попова нет. Видимо, как самый младший, попал в душ последним.

Я замираю, стоя в джинсах с высокой талией и ярко-розовом лифчике. Секунда, и я соображаю прижать полотенце к груди. Раздевалка взрывается хохотом.

– Петрова, я же предупредила! – не может сдержать смех Света.

– Я тебя не слышала!

Отвечаю Манковой, но смотрю только на Глеба.