Жестокая свадьба (СИ)

— Представляю, какой облом твоему Аверину!

— Да, я к Бодьке в машину села, и мы уехали. Только знаешь, что, — Оля подняла глаза, и Данка увидела, как они блестят от набежавшей влаги, — радости мне это не прибавило. Совсем. Так что подумай, Даньчик, хорошенько подумай.

— Я подумаю, Оля, обещаю, — Данка обняла сестру, и они прижались друг к другу головами.

Глава 28

— Привет! — Денис закрыл дверцу, сел на водительское сиденье и поцеловал Данку в сомкнутые губы. — Ты сегодня потрясающе выглядишь!

Смешанный аромат приятного мужского парфюма и самого Дениса, привычный и безопасный.

От него веет будничностью и спокойствием, не то, что…

Дана очень старалась не сравнивать, но получалось плохо. В присутствии Дениса ей было комфортно, потому что его запах не волновал, не будоражил, а главное, не пугал. Тогда как стоило вспомнить недавнее прерывистое дыхание за спиной, обволакивающий мужской запах знакомый до боли, до такой боли, что голова кружилась, глаза застилало пеленой и подгибались колени.

Даниял сменил аромат, теперь он предпочитал более агрессивный оттенок, но все равно сквозь незнакомые нотки явно проступал тот запах, который Дана не могла забыть, как ни пыталась.

Он сам собой вспомнился, стоило только его обладателю попасть в зону досягаемости ее рецепторов.

Неужели Оля права, и Дана никогда не сможет пусть не полюбить, то хотя бы принять другого мужчину, или любовь есть обязательная неизменная единица? Константа. Дана хорошо знала математику, хоть и была гуманитарием. Причем в ее случае любовь была величиной не скалярной, а векторной, и имя у вектора тоже оставалось неизменным — Даниял…

После встречи в ресторане Данка перезвонила Алане и сослалась на простуду, но та оказалась более проницательной.

— Даша, брат признался, что предложил тебе встретиться, я очень сожалею, если тебя это задело. Он передавал свои извинения, так что если ты думаешь, будто он…

— Он ни при чем, Алла, — перебила ее Дана.

— Я не хотела бы, чтобы ты отказала нам в уроках из-за несдержанности моего брата, — все же закончила свою мысль Алана, и Данке пришлось пообещать, что она не откажет. Но поболеть ведь никто не мешает, правда? Зато у нее теперь появилась фора для принятия решения.

Несмотря на заверения Аланы, Данка подсознательно ждала, что Баграев станет ее преследовать, звонить или подстерегать у дома.

Теперь она не показывалась из дому без маски — благо, в ее гардеробе маски были под каждый наряд как и у массы женщин в нынешних реалиях. Кто мог подумать, что карантин настолько сыграет на руку?

Выходя из подъезда, Дана с опаской оглядывалась по сторонам, и каждый раз ее не покидало чувство, будто за ней наблюдают. Но никого не обнаружив, она расстраивалась еще больше, боясь признаться в этом даже самой себе.