Жестокая свадьба (СИ)

Но разве там можно что-то узнать? Они от одних имен шарахаются все поголовно, вот и пришлось, как обычно, на живца… Я ошибся, Шамиль в этом не участвовал, я думал на Арисханова, он так старательно подкладывал под Баграева свою дочку! А у них все нити приводили к Дзагоеву, и хоть убейся…

— Откуда ты знаешь, что не участвовал? — шмыгнула носом Данка.

— Он сегодня исповедовался мне, — невесело усмехнулась Оля, — решил, что умирает.

— Шамиль? Тебе? — ей казалось, мозг сейчас взорвется и разлетится по всей комнате. — Как?

— Его привезли в мое дежурство в больницу, попал в ДТП.

Сердце у него слабое, стало плохо за рулем, — объяснила сестра, а потом замерла, будто ее коротким замыканием шарахнуло. И медленно обернулась к Аверину. — Ты. Это ты ДТП подстроил. Признавайся! Ты! Потому и отправил меня в больницу, чтобы он меня увидел и его на признания потянуло? Да? Ах ты ж…

Ольга сжала кулаки, будто собиралась броситься на Аверина, но тот не пошевелился.

— Заметь, признания лились из него как из дырявого ведра, — кивнул он, а потом резко подался навстречу Ольге. — Да, пусть я планировал по-другому, но вышло как вышло. Наш сердечник прилетел отправить на тот свет провинившегося родственника, прежде хорошенько его расспросив.

Тебе сказать, какими методами или сама поймешь? Я никогда не говорил, что действую исключительно в законодательном поле, для этого есть юристы. Так что не надо меня стыдить, не будь чистоплюйкой, милая. Сказать тебе, в какую аварию попал Даниял Баграев? Скорость двести километров в час, двенадцать ночи в западной части Цюриха, бетонная опора железнодорожного виадука. Как думаешь, что он там делал, если сам живет в центре? Сказать или сама догадаешься?

Ольга с ужасом смотрела на Аверина, Данка, распахнув глаза, представила ночной город и врезающуюся на полной скорости в мост машину…

— Ты же помнишь, что тогда сказала? Помнишь, конечно.

«Живи с этим, если сможешь». Да, Оля? Вот он и не смог. Он тоже их помнил. Ты же врач, — он схватил ее за плечи и заглянул в глаза, — как ты могла сказать такое? Ему грудь арматурой пробило, насквозь. И переломало всего. Знаешь, какой это день был? Когда его дети родились, я сам не поверил, пока его карту медицинскую не увидел. Там еще тот фильм ужасов.

Ольга закрыла руками мокрое от слез лицо, и он рванул ее на себя, крепко прижимая к груди.

— Иногда мы не выбираем, на что идем, чтобы защитить близких, моя девочка. Ты защищала сестру, я хочу защитить вас. Если ты будешь против меня, я останусь безоружным.

— Данка, детка, ну ты что! — Сергей Викторович в свою очередь принялся успокаивать плачущую Дану. — Мы ж не звери, его машину должны были просто зацепить по касательной, там хорошее место, мы все рассчитали. Ему максимум сотрясение светило, а то и просто перепуг.