Генеральный Нахал. Я тебе не дам(ся)!

– О, у вас определенно есть козырь! – парирую я, оценивающе оглядывая его оттопыренные плавки. – Правда, боюсь, он не совсем того размера, чтобы перебить мою тягу к здоровому сну. Знаете, недосып вреден для фигуры.

Он хмыкает, делая вид, что обижен.

– Ну и жестокая же ты девушка, Виноградова! Ни капли сочувствия к страждущему мужчине. А ведь я, между прочим, готов был предложить тебе… кое-что интересное.

– Ой, да ладно вам! – хихикаю, слегка толкая его плечом. – Все мы знаем, чего вы там готовы предложить. И, поверьте, я читала об этом в довольно откровенных романах. Так что в оригинальности вы точно не выигрываете!

– Неужели я настолько предсказуем? – Он вскидывает руки в притворном ужасе. – Надо будет срочно пересмотреть свой репертуар. Может, начать читать стихи? Или, что еще лучше, научиться играть на укулеле?

– Укулеле? – я закатываю глаза. – Серьезно? Лучше уж оставайтесь при своих «козырях». Хотя, если честно, я бы посоветовала вам их как следует спрятать. На всякий случай, – красноречиво смотрю на его плавки.

– Зачем же прятать красоту и совершенство? – босс принимает довольно откровенную соблазняющую позу.

– По-моему, вы просто пытаетесь нагло припарковать свою «красоту и совершенство» на мою парковку!

– О, я всегда паркуюсь только в самых лучших местах! – Он ржет и подмигивает мне, отчего я едва не закатываю глаза. Вот же придурок!

– Знаете что? У меня тут гениальная идея! Почему бы вам не пойти и не очаровать мою подругу? У нее совершенно свободная парковка.

– Я бы сказал: парковка с распахнутыми настежь воротами, – хмыкает Державин и косится на веревочки, перетягивающие зад Виолетты, делая ее похожей на поклонницу шибари, ну или обвязанную колбасу. – Такие меня не интересуют.

– Что ж, глубоко сожалею. И что же тогда достойно вашего царственного внимания? – скрещиваю руки на груди, готовая к любому ответу этого самоуверенного павлина.

Погляди какой! Красавица Виолетта его не интересует. Между прочим, у нее фигура что надо.

– Что-нибудь столь же остроумное, как ты, только не такое колючее, – Державин улыбается, и я замечаю его очаровательные ямочки на щеках. Проклятье! Похоже, природа решила компенсировать его наглость привлекательной внешностью.

– Боюсь, я вне вашей лиги, – отрезаю, стараясь не поддаться обаянию ямочек. – Моя острота – это моя визитная карточка.

– Тогда, может, я попробую выиграть эту твою визитку в честной игре? – Его глаза загораются вызовом, и я чувствую, как в моих венах закипает адреналин.

Сама не заметила, как выдула «тропические фрукты» до дна. А они между прочим оказались алкогольные.

– Что ж, посмотрим, как Вы играете, – отвечаю с лукавой улыбкой. – Но предупреждаю: я играю грязно.