Генеральный Нахал. Я тебе не дам(ся)!

Я хочу успеть доделать кроватку, повесить эти дурацкие мобили с плюшевыми слониками… И еще хочу, чтобы у нашего сына все было идеально!

– У нашего сына будет всё идеально, если его мама сейчас получит свою острую курочку! – упрямо бурчу.

Он смеется и целует меня в лоб.

– Ладно, уговорила. Но только маленький кусочек. И запивать будем кефиром. Договорились?

– Договорились! – радостно восклицаю и обнимаю его за шею. – Ты самый лучший муж на свете!

– Я знаю, – самодовольно отвечает он, вставая с колен. – Но учти, если что-то случится, виновата будешь ты!

– Да-да, конечно, – отмахиваюсь, уже представляя, как хрустящая корочка курочки тает во рту. Беременность – это, конечно, испытание. Но, черт возьми, как же это весело! И какая же я все-таки счастливая!

И вот мой рыцарь без страха и упрека удаляется в дождливую ночь на поиски сокровища под названием «острая курочка». А я остаюсь в нашем уютном гнездышке, предвкушая гастрономический оргазм.

Время тянется мучительно медленно. Даже начинаю думать, а не сбежал ли он, не выдержав моего беременного каприза? Но тут, наконец, слышу звук ключа в замке, и мое сердце начинает бешено колотиться. Он вернулся! С добычей!

Гордей заходит в комнату с пакетом из ""Красного Дракона"", усеянным каплями дождя. И мне так совестно стало, что гоняла мужа по городу в такую погоду.

– Вот она, твоя прелесть, – торжественно произносит муж, протягивая мне заветный пакет.

Боже, этот запах! Я готова броситься на него и облизать с ног до головы, но сдерживаюсь. Все-таки приличия надо соблюдать, даже будучи беременной.

И вот, первый кусочек оказывается у меня во рту. О, это блаженство! Острота, пикантность, нежность… Все смешалось в этом маленьком кусочке курочки, словно вселенная решила подарить мне все свои сокровища разом.

Жую, закрыв глаза, и блаженно улыбаюсь. Гордей смотрит на меня с нескрываемым удовольствием.

– Ну как? – спрашивает он.

– Восхитительно! – выдыхаю, не в силах оторваться от еды.

Но внезапно, между третьим и четвертым кусочком этой божественной курочки, что-то меняется. Живот сводит так, будто внутри у меня разгорается маленькое, но очень злобное пламя. Сначала я игнорирую это, списывая на обычные беременные причуды, но боль нарастает с каждой секундой.

– Гордей… – хриплю, стараясь сохранить самообладание, но получается не очень. – Кажется, курочка решила устроить внутри меня бунт.

Лицо Гордея мгновенно меняется. От умиления не остается и следа, его сменяет паника, написанная крупными буквами.

– Что? Что случилось? – бормочет он, мечась по комнате.

– Воды! Кажется, воды отходят! – воплю, вцепившись в стол. – Похоже, наш маленький гурман решил познакомиться с миром прямо сейчас.