Где бы ты ни скрывалась

После сеанса любви слушал с улыбкой, как я сбивчиво описывала ему свой рабочий день, гладил по волосам, целовал в раскрасневшиеся щеки и повторял, что я самая красивая, самая желанная и любимая. И что я — самое лучшее, что ему довелось увидеть за последнюю неделю. А затем снова надел свой вонючий рабочий «костюм» и исчез в ночи.

Два дня его не было, и ни звонка, ни записки, но, когда я вернулась с работы во вторник, я сразу почувствовала, что в доме опять кто-то побывал. Не знаю, почему я так решила: дверь была заперта на все замки, так же как окна и балконная дверь.

Прежде чем раздеться, я первым делом проверила защелки на окнах и заднюю дверь, но не обнаружила ничего подозрительного. Я что, сама себя накручиваю? Черт его знает, но я могла бы поклясться, что чую запах Ли. Может, нос мой выдает желаемое за действительное?

Я приготовила ужин, а потом позвонила Сэм, и мы немного поболтали. Я посидела в гостиной, посмотрела какую-то чушь по телевизору. Убралась на кухне, вымыла посуду. Включила радио, чтобы было не скучно, мурлыкала песенку вместе с ним.

Без четверти двенадцать я выключила телик и решила, что пора спать.

Еще раз проверила, крепко ли заперты двери, выключила везде свет, бросила взгляд в окно — и вдруг замерла на месте: то ли тень, то ли человеческая фигура шарахнулась прочь от соседского дома и пропала. Нет, не пропала — замерла между домом и гаражом. Такая грузная мужская фигура… Или это куст? Или мусорный бак?

Я стояла у окна, вглядываясь в темноту, пока не заболели глаза. Тень не двигалась, и постепенно я уверила себя, что это просто дерево. Наверняка каждое утро прохожу мимо него, а в темноте обозналась.

Я закрыла дверь в гостиную, выключила свет в прихожей и пошла наверх.

Разделась, натянула теплую пижаму, почистила зубы. Включила ночник и откинула одеяло.

И тут увидела это.

Под одеялом, яркая на белой простыне, лежала фотография.

Несколько секунд я смотрела на нее, с трудом переводя дыхание, пытаясь унять бешено колотившееся сердце.

Трясущейся рукой подняв фотографию, я вгляделась: порно, причем в моем исполнении. Я лежала на кровати совершенно голая, раскинув ноги, с прилипшими к щекам волосами, и, чуть приоткрыв рот, глядела в объектив с откровенным вожделением.

Я помню, что Ли фотографировал меня в один из первых совместно проведенных выходных, в тот день, когда мы боролись с ветром на пляже. Мы тогда выхватывали фотик друг у друга и снимались в разных позах, а потом, умирая от смеха, перебирали снимки. Но ведь я сама удалила их все до единого с карты памяти, значит он успел сделать копии!

Я смотрела в глаза себе самой, пытаясь вспомнить, что я тогда чувствовала. Я выглядела такой счастливой, что было ясно — девушка влюблена по уши. Но это была уже не я.