Где бы ты ни скрывалась

— Не знаю, похоже, да, сильно. На голове у нее была кровь, может, ударилась обо что-нибудь.

Включив сирену, «скорая» понеслась в сторону Хай-стрит.

— Ладно, — сказал Стюарт, — пошли домой.

Пока я проверяла наружную дверь, Стюарт зашел в квартиру миссис Маккензи и выключил везде свет. Я закончила проверку раньше, чем он появился в дверях.

— Что ты там делал так долго?

— Искал ключ. Вот, смотри, нашел. — Стюарт запер дверь и положил ключ в карман. — У нее есть семья? Дети? Или друзья?

— Никогда не видела.

На моей площадке мы остановились.

— Может быть, зайдешь выпить чая? — спросил Стюарт.

— Хорошо, спасибо.

Стюарт пошел в душ, а я приготовила чай и села за кухонный стол, съежившись над своей чашкой. Что там такое она говорила: «Дверь… видела… снаружи…» Что она видела?

Или кого? Не ту ли темную фигуру, которую видела я, — мужчину одних с Ли габаритов? Может быть, он позвонил в ее квартиру? Или она увидела его у двери и испугалась?

— Постарайся не слишком волноваться, — сказал Стюарт, входя на кухню.

Одетый в джинсы и футболку, свежий, чистый, пахнущий гелем для душа, он вселял в душу спокойствие.

Я почувствовала, как отступают куда-то навязчивые кошмары. В последние несколько недель Ли мне мерещился повсюду, чуть не каждый день. Почему же сейчас я решила, что видела настоящего? Скорее всего, это опять игра моего воображения.

Я протянула ему кружку остывшего чая. Я бы не стала такой пить — ни за что!

— Спасибо.

Он сел напротив меня. Я не успела отвести взгляд и опять погрузилась в серо-зеленый омут его глаз.

— В четверг я еду в Абердин, — сказал он.

— Повидаться с родными?

Стюарт кивнул:"

"— У отца день рождения.

Обычно я остаюсь у него на пару дней. — Он аккуратно поставил кружку на стол. — Я хотел спросить, может быть, ты захочешь поехать со мной?

Меня бросило в жар.

— Понимаю, надо было раньше спросить тебя.

— Да! — тонким голосом пискнула я. Зачем, спрашивается, вообще предлагать такое, если знаешь, что все равно я не успею договориться на работе? Даже если бы и хотела с ним поехать. — У меня первое занятие в пятницу.

— Ах да, я и забыл.

«Нет, ты не забыл, потому что я тебе об этом не говорила.

И Алистер вряд ли говорил — с чего бы ему?»

У меня вдруг резко испортилось настроение.

— И еще, я хотел сказать тебе, что подумал о том, что ты мне рассказала.

Я молча пила остывший чай. Кожа чесалась, как будто я надела колкий свитер, все мышцы окаменели от напряжения.

— Думаю, нам действительно не следует торопиться, — сказал он. — Давай сначала удостоверимся, что твое здоровье идет на лад.

— О, спасибо за заботу! — бросила я, вскакивая со стула.