Где бы ты ни скрывалась

Посмотрела на часы — десять минут десятого. Где ее носит? Обычно в воскресенье вечером люди сидят дома, готовятся к началу рабочей недели. Я позвонила еще раз, и интерком вдруг захрипел — но это была не Сильвия:

— Эй, там, кончай трезвонить. Ты чё, не понял, ее нет дома!

— Извините, — вежливо сказала я. — У нас с ней назначена встреча. Может быть, впустите меня внутрь?

Молчание, интерком отключился."

"Ну и ладно, справимся сами. Я пошла вдоль улицы к углу крайнего дома, свернула и оказалась в узком переулке, огибающем вереницу стоящих впритык домов со стороны задних фасадов. Наверняка здесь полно всяких ужасов типа собачьих какашек и гниющего мусора из перевернутых бачков, может быть, даже крыс, но, по крайней мере, отсюда можно добраться до мощеного дворика, на котором мы с Сильвией пили чай почти месяц назад.

Стараясь не думать о том, во что я могу вляпаться, я честно отсчитала двести десять шагов — ровно столько я прошла от негостеприимного подъезда Сильвии до угла дома — и уперлась в калитку. Калитка заросла сорняками, от нее в обе стороны расходилась стена из старых, крошащихся от времени камней. Я ощупала верх стены — она доходила мне до плеч. Вцепившись пальцами в выступающие из стены камни, я подтянулась, извиваясь, как червяк, и полезла вверх.

Я сильно оцарапала коленку, но на стену все-таки залезла. А дальше что? Кое-как села, найдя равновесие, потом глянула на дом. Наверху — на втором и третьем этаже — горел свет, окна были широко распахнуты. Надо бы постараться не шуметь.

И все-таки где же Сильвия? Уехала на выходные к друзьям? Или рванула в Ланкастер повидать родителей? Сбежала от него, смогла сбежать?

Или тут, у себя дома, лежит, связанная, при выключенном свете?

Ладно, раз уж я ввязалась во все это, глупо просто уйти, так ничего и не проверив. Я перекинула вторую ногу и сползла вниз, ободрав икры о кирпичную кладку, обругав себя за то, что не додумалась надеть джинсы, а отправилась на вылазку в летнем сарафане, с широкой юбкой.

Наверху играла музыка, слышались голоса и смех, — похоже, там принимали гостей.

Пробежав рысцой через ярко освещенный, благодаря свету на верхних этажах, сад и моля Господа, чтобы никто вдруг случайно меня не увидел, я пробралась к низенькому парапету над двориком Сильвии, прячущимся в полумраке. Перелезла.

Подождав, пока глаза не привыкнут к темноте, я вгляделась в темный прямоугольник окна. Вроде все выглядит так же, как и раньше, — диван, заваленный яркими накидками и подушками, тахта, книги и журналы на полу, на стенах абстрактные картинки… Я различила даже темный коридор, открытую дверь ванной, а с другой стороны — спальню, тоже с распахнутой дверью. По крайней мере, Сильвию не держат взаперти в собственной квартире.