Где бы ты ни скрывалась

Одновременно он рассказывал о том, какая сумасшедшая выдалась на работе неделя и как он случайно обнаружил на соседней улице магазинчик, где продаются первоклассные специи.

Я отпила глоток чая. И как в тот раз, после истории с Робином, я удивилась, что чай у него получился вполне сносный.

Стюарт вытащил из бумажного пакета пару булочек и сунул их в духовку. От тепла, горячего чая и ощущения безопасности меня немного разморило.

— Спасибо еще раз за все эти материалы. Очень интересно, правда.

Он взглянул на меня, как мне показалось, с облегчением:

— Приятно слышать! Ты подумываешь о том, чтобы начать лечение?

— Подумываю. Но трудно вот так взять и начать ни с того ни с сего, понимаешь?

Стюарт выложил на стол тюбик с подсолнечным спредом, поставил маленькие тарелки, разложил ножи, ложки.

— Я знаю.

— Послушай, я ведь не просто так устраиваю эти бесконечные проверки. Так мне спокойнее, лишний раз убедиться, что я в безопасности. А если я не буду проверять, как я могу быть в этом уверена?

— Но разве не лучше было бы проверить только один раз — один раз убедиться, что все в порядке?

— Конечно лучше.

— Ты же сама понимаешь, что, проверяя одно и то же по сто раз, ты просто успокаиваешь свое сознание, — ведь физически ничего за это время измениться не может!

— Что-то я не верю, что терапия поможет исправить ситуацию.

— Но почему бы не попробовать?

Он принес две полных миски супа и поставил на стол, а затем достал из духовки горячие булочки — их ему пришлось нести, перекидывая из руки в руку.

Сел напротив, посмотрел в глаза.

— Спасибо. Ты очень добр.

— Да ну перестань, это просто куриный суп. Ешь!

Он все не отводил взгляда, как будто ждал, что я еще что-нибудь скажу. Я подумала: наверное, он применяет этот прием со своими больными, сидит вот так молча, пока больной не начнет ерзать на стуле и все выкладывать, лишь бы нарушить молчание. А мне не хотелось ничего говорить. Мне нравилось вот так смотреть на него и молчать.

В конце концов он первый отвел глаза и уставился в тарелку. Щеки его горели. Я мысленно поставила себе жирную «галку» за эту маленькую победу. Дело в том, что я могу пересмотреть любого, — этому я еще в больнице научилась.

Суп оказался вкусным невероятно. Я сразу ожила и согрелась, и чем больше я ела, тем больше понимала, как сильно изголодалась.

— Слушай, а когда ты последний раз ела? — спросил Стюарт после того, как я вычистила дно миски хлебным мякишем.

— Не помню, так основательно — давно.

— Еще?

— Нет, больше не надо. Спасибо.

— Хочешь, чтобы я пошел с тобой?

Вопрос застал меня врасплох.

— Со мной? Куда?

— К твоему врачу. Я могу подождать тебя в коридоре. Как тебе такая идея? Вместе-то веселее.

— Нет, спасибо, — пробормотала я, не глядя на него.