Где бы ты ни скрывалась

А я что, хуже других? Я подарила привратнику рождественский поцелуй и скользнула внутрь, в теплую и шальную атмосферу праздника.

Пятница, 21 декабря 2007 года

Вернувшись с работы, я обнаружила у двери записку. От одного ее вида у меня поднялось настроение. Наверное, Стюарту показалось, что просовывать записку под дверь — означает вторгаться на мою территорию, и он оставил ее снаружи, прекрасно зная, что, кроме меня, ее все равно никто не увидит.

Я подняла ее, положила в карман пальто и начала проверку, которая заняла часа полтора. Потом я уселась на диван и развернула записку.

К., привет, надеюсь, все хорошо. Думал о тебе. Как насчет пойти куда-нибудь в субботу и выпить?

Целую.

С.«Целую. С.»? Неудержимая улыбка расползлась на моем лице. Пойти выпить? Боже, да! Да!!!

«С ума сошла, — одернула я себя. — Куда ты собралась? Ты — выпить? Опомнись! Да еще с малознакомым мужчиной, который к тому же утирал тебе сопли и прекрасно знает, что ты чокнутая? Ну да, да… А может, все-таки рискнуть?»

Вообще-то, в последние дни я дышала «по науке», точнее, по методике, которую Стюарт специально скачал для меня из Интернета. Я и в прошлом году пыталась заниматься самолечением, но тогда мне это не помогло: ошибка состояла в том, что я начинала успокаивать себя уже после того, как накативший страх вышибал все мысли из моей головы, наполняя ее кошмарными видениями. А поскольку правильно дышать я тогда не умела, то от нехватки воздуха паниковала еще больше. Немудрено, что мне становилось только хуже.

Но благодаря Стюарту я получила дополнительное оружие против настигнувшей панической атаки, — по крайней мере, теперь я понимала, от чего эта паника возникает и как я могу с ней бороться. Вечером после работы я проводила дыхательные упражнения. Проверив квартиру, я садилась на ковер в гостиной, закрывала глаза и дышала. Медленно-медленно, вдох-выдох. Сначала я дышала три минуты, ставила кухонный таймер, и даже это короткое время я трудом выдерживала с закрытыми глазами. Каждый звук отвлекал, каждый шорох заставлял вздрагивать. В первый раз ничего толком не вышло: как только я закрыла глаза, автоматически включились два регулирующих мою жизнь механизма: перфекционизм и самоуничижение. Первый внушал, что я все должна сделать правильно и не открывать глаза, пока не раздастся звонок таймера, ну а когда я дернулась от гудка машины внизу и невольно посмотрела в окно, второй заорал мне, что я полное ничтожество, если даже дышать правильно не могу.