Где бы ты ни скрывалась

— «Да», «понятно»? Больше ты ничего не хочешь сказать?

Он пожал плечами, не желая поддаваться моим подначкам:

— Я понимаю тебя. Конечно, перемены пугают всех. Но знаешь, каждый человек проходит разные этапы в своей жизни. Вот и ты пройдешь.

Я замолчала, пораженно разглядывая стол. Что-то мы не о том говорим. Почему от недавнего ощущения счастья не осталось ничего? Почему мы вдруг перешли к… к этим занудным разборкам? Кошмар. Во мне точно где-то находится красная кнопка, запускающая механизм саморазрушения.

— Не знаю, чего ты хочешь от меня, — несчастным голосом пробормотала я.

Стюарт посмотрел прямо мне в глаза, я так этого боялась — боялась, что он сразу догадается о моих чувствах, но то, что я увидела в этих зеленых глазах, меня поразило. Как он на меня смотрел…

— Кэти, — сказал он спокойно, — это же был просто поцелуй.

Щеки мои запылали.

— Ты хочешь сказать, что поцелуи ничего не значат?

— Нет, я вовсе не это хочу сказать.

— И почему тебе так легко разговаривать о сложных вещах? — запальчиво спросила я.

Он усмехнулся:

— Наверное, потому, что сложных разговоров в моей жизни гораздо больше, чем простых.

Я закусила губу. Что толку в этой пикировке? На каждое мое брыкливое слово у него найдется убедительный ответ. И на этот раз наш поединок взглядов выиграл Стюарт, а не я. Испугалась, что разревусь, если и дальше буду глядеть в эти зеленые глаза-омуты. Я допила чай и сердито брякнула кружку об стол:

— Все, я пошла. Спасибо за завтрак, было очень вкусно.

Стюарт довел меня до дверей:

— Заходи. Всегда тебе рад.

Я выскочила на лестничную площадку. Конечно, он прав — подумаешь, какой-то поцелуй! Подумаешь, завтрак, подумаешь, бокал вина! Проверяя задвижки на окнах, я прокручивала в голове наш разговор, пытаясь определить, в какой момент возникли разногласия и нам стало труднее друг друга понимать.

Среда, 7 января 2004 года

— Привет, красотка!

— Черт возьми! Ли, меня чуть не хватил инфаркт!

Но он уже сграбастал меня в объятия. Мы стояли на плохо освещенной парковке около моей работы. Я не ожидала от этого вечера никаких впечатляющих событий, кроме долгого, на черепашьей скорости, возвращения домой, поэтому очень обрадовалась.

Ли поцеловал меня долгим и нежным поцелуем.

— А что ты здесь делаешь? — спросила я.

— Я рано освободился, — сказал он. — Хотел сделать тебе сюрприз. Давай сходим куда-нибудь?

— Может быть, сначала заедем домой, я переоденусь?

— Ты и так выглядишь сногсшибательно.

— Нет, серьезно, Ли, я же целый день работала, хочу переодеться…

— Прошу! — Он открыл дверцу машины, припаркованной сразу же за моей.

— Классная тачка, — сказала я, залезая внутрь. — А где твоя машина?

— А я прямо с работы. Это служебная.

— Ага, понятно.