Гений Медицины

Поэтому Тарасова покорно кивнула и ушла искать наставника.

Шуклин и Соколов снова нашлись в ординаторской. Они вообще покидали её?

— Коллеги, если вы не хотите в эту же секунду стать бывшими коллегами, потрудитесь объяснить, почему вы указали неправильный аллергологический анамнез у пациентки, — холодно отчеканил я.

— Это ты о чём? — нахально поинтересовался Соколов.

— Ты прекрасно понял, о чём я, — ответил я. — Можете пытаться подставлять меня, Болотова и Тарасову сколько угодно, но не ценой же жизней пациентов! Женщина чуть не умерла от анафилактического шока по вашей вине!

На двоих интернов эта речь не произвела никакого впечатления. Даже чуть-чуть стыда на лицах я не увидел.

— Если у пациентки была аллергия, то это вина Тарасовой, что она не уточнила, — ответил Соколов. — На дежурстве мы не обязаны уточнять подробный анамнез. Ставим предварительный диагноз, некоторые обследования, купируем симптомы, если надо. Но лечение и подробный опрос пациента — это уже на лечащем враче. Не так ли, Павел?

— Так, — буркнул Шуклин. — По правилам так и есть. Так что мы даже не спрашивали про аллергию.

Засранцы! И ведь легенда идеальная, не подкопаешься. Сама пациентка вряд ли вспомнит, спрашивал ли её дежурный врач об этом или нет. Тем более после такого стресса для организма.

А я уверен, что спрашивал. И доказательств нет.

Но оставлять это просто так тоже нельзя! Попробую провести блеф.

— Пациентка уточнила мне, когда пришла в себя, что она говорила дежурному врачу о наличии аллергии, — проговорил я.

Шуклин беспокойно взглянул на Соколова. Всего на секунду, но я успел поймать этот взгляд.

— Значит, мы забыли отметить это в истории, — пожал плечами Роман. — Но опять-таки, ночь, мы были уставшими и были уверены, что лечащий врач переспросит пациентку.

— Зря вы это затеяли, — произнёс я. — Не ту стратегию решили выбрать, чтобы остаться здесь. С рук вам это не сойдёт, уши у меня есть везде.

— Не понимаю, о чём ты, — напряжённо отозвался Соколов. — Паш, пойдём прогуляемся.

Шуклин поспешно встал с дивана, и они покинули ординаторскую. А я подошёл к своим «ушам».

— Они обсуждали здесь этот случай? — шёпотом спросил я.

— Прямо нет, они начали подозревать, что ты их подслушиваешь, — отозвался крыс. — Только о чём-то в телефонах переписывались, но мне было не видно.

Хитрые, решили максимально себя обезопасить. Главный в этом дуэте Соколов, у Шуклина не хватило бы фантазии на такие планы. Его максимум — это не передать назначения.

И того, и другого изгнать из интернатуры будет сложно. За ними деньги и связи. Но я своего добьюсь, им вообще не место среди врачей. Рисковать уже которым пациентом подряд!

— Тогда дави им на психику по максимуму, — распорядился я.