Геном хищника. Книга третья

Во второго, прежде чем тот вспомнил про меня, я влепил сразу три пули, но примерно с тем же эффектом. Запинал его к стене, оставив на лбу три серых отметины. Но, вообще, пофиг, только глаза разгорелись.

Заверещал доктор, метнув в меня склянкой с недоделанным снотворным. Она разбилась, выдав такую жуткую вонь, что даже запах крови и гнили от мелких клеток перебило. В клетках тоже завыли. И всё ускорилось! Очухался первый фрик и бросился на меня. Феликс дёрнул рубильник, висевший на стене. По ушам ударил звук сирены, пронёсшийся по всему подземелью. Доктор метнул в меня ещё что-то, потом подхватил шприц и бросился к клетке Осы. Не добежал, получив пулю в колено, и кувырком пролетел мимо клетки. На меня бросились очухавшиеся фрики, а доктор доковылял до пятнадцатого и рванул механизмы, сдерживающие его дверь.

Грохот, выстрелы, вой, рёв и хохот явно сбрендившего доктора, а надо всем этим спокойный и даже красивый женский голос вещал откуда-то из потолочных динамиков:

Внимание! Активирован режим самоуничтожения. Немедленно покиньте лабораторный комплекс. До взрыва осталось десять минут…

— Доктор мой! — крикнул я, уворачиваясь от прыжка фрика. — Он нужен мне живым!

Прорычал я, уворачиваясь от второго. Скинул пистолет и выхватил из-за спины условный дробовик Древних и сначала воспользовался им, без учёта каких-либо технологий вообще. Просто долбанул прикладом фрика в лоб, в очередной раз отбросив его. И только потом прицелился и нажал на спусковой крючок. Кольнуло так, будто Ульрик туда не булавку пристроил, а целое бритвенное лезвие.

Я чувствовал, что химическая реакция пошла, но выстрела всё не было и не было. На мне повис второй фрик, пытаясь зубами вгрызться в шею. Я задрал плечо, но ружьё не убирал… Прошла почти секунда, где-то под ногами к двери проскочил доктор, и вот только тогда ружьё вздрогнуло у меня в руках. Практически бесшумно, без языков пламени из ствола, дыма или каких-то других спецэффектов тяжёлая жёлтая пуля вылетела из ружья и впечаталась в грудь мутанта-лаборанта.

Разорвала халат с рубашкой и оттолкнула фрика обратно к стене. Он встал, но тут же схватился рукой за горло. Начал рвать на себе одежду и царапать грудь, в которую постепенно впитывался яд ужасных листолазов. Реально ужасных — из-за действия батрахотоксина, вены фрика распухли, а артерия на шее начала пульсировать. На коже проступило что-то жёлтое. Либо окрашенная ядом кровь, либо уже гной, а потом… Потом я уже отвернулся на второго фрика, поэтому смачный хлопок и шлёпки по стенам только слышал.

Вторым патроном у меня был заряжен зажигательный. И сработал он быстрее, словно система Древних раскочегарилась. Там всё раскочегарилось! Температура в лаборатории резко подскочила до банной, а я, возможно, остался без бровей.