Геном хищника. Книга третья

Более подробную информацию относительно условий пакта вы можете получить в центральном офисе UNPA…'

И дальше шёл адрес, где-то на территории Ганзы. Плюс прочая канцелярщина, будто это инструкция не к геному, а как какое-нибудь социальное пособие оформить. Я спроецировал надпись на пол, чтобы Датч тоже смог ознакомиться.

— Что думаешь? — спросил я голландца и пошёл собирать эссенции с мелких.

Три собрал нормальных, тоже синеньких, но посветлее. А четвёртый, выпавший с двухголовой крысы, был испорчен. Биомонитор выдал примерно похожий текст, с той лишь разницей, что назвал их «Объектами восемьдесят четыре дробь два».

— Думаю, что продать это официально не получится, — хмыкнул Датч, забирая у меня маленькие. — Но я попробую. Есть в Хемстеде один знакомый коллекционер подобных редкостей. А крупный вполне тянет на альфу пожирателя, обменяешь его Гоферу.

— А про всё остальное, древних и почтовых?

— Про пакт я что-то слышал, но, сам понимаешь, тема совсем не моя, — развёл руками Датч. — Меня скорее другое интересует. Вот если мы Хмурого не найдём, то поединок засчитается?

— Ну, — пожал я плечами, — мы ещё поищем.

— Может, ну его? Небось пожиратель поймал его и уполз в какую-то свою нору, чтобы съесть его, а мы его отвлекли. И что теперь? Искать будем, куда он уполз?

— Ага, — сказал я, направляясь к следующему проёму. — Мне неинтересно, куда он уполз. Мне интересно, откуда он изначально выполз."

"Из проёма, откуда появилась двухголовая крыса, довольно сильно пованивало бензином. А внутри нашёлся ещё один труп — уже, без всяких сомнений, в котором я опознал Крысолова с огнемётом в руках и ранцем за спиной. Но радоваться было рано. Труп хоть и был практически целым, со следами всего одной раны на затылке — ровный срез, оставленный когтем пожирателя. Но вот два остальных когтя прошлись как раз по «ранцу», распоров баллоны с огнесмесью. Труп практически «замариновался», став несъедобным в глазах пожирателей.

В следующем ответвлении, ближайшем к складам, откуда мы пришли, мы нашли только следы применения огнемёта. Опалённые стены, запёкшийся песок и два скрюченных уголька, которые когда-то были крысами-мутантами.

— Кажется, я нашёл! — раздался крик Датча, когда я выбрался из местного крематория.

Голландец стоял у дальней стены зала, в которой не было арок с проходами. Но довольно сильно выступали щели между каменными плитами. Подойдя ближе, я понял, о чём говорил Датч. Довольно большая плита, примерно два на три метра, не только выступала на фоне остальных, она ещё и была перекошена. Левая половина выступала на несколько сантиметров, а правая, наоборот, была утоплена вглубь по сравнению с соседней. Хм, будто её можно было сдвинуть, повернув как турникет.